Шемми облетела вокруг собравшихся и остановилась рядом с Гьяси. Её бока взволнованно вздувались, но слов Кесса не слышала. Гьяси, жестом попросив всех умолкнуть, некоторое время сидел в тишине, а затем встал и поманил Шемми за собой.
- Мы вернёмссся к полудню, - Ралгат выглядел озадаченным. – Я не понимаю, шшшто творитссся.
Нингорс опустил голову на плечо Кессы и тяжело вздохнул.
- Не люблю ждать. Застегни ремни на моей спине, мы взлетим к сводам и сами на них посмотрим.
Они вышли из выгородки, и Нингорс одним прыжком перемахнул на крышу и остановился там, разминая озябшие крылья. На перепонках пророс пух, костяной каркас крыла оделся плотным мехом, - зима подходила всё ближе, и хеск чувствовал её дыхание. «Нингорс ляжет спать, когда пойдёт снег,» - подумала Кесса и поёжилась. «И до весны не проснётся. Что я буду делать тут одна?»
- Хаэй! – арбалетчик-Тафри на соседней, более высокой крыше повернулся к ним. – Что вы тут делаете? Куда собрались?
- Мы пролетим над городом, - ответила Кесса, забираясь в седло. – Посмотрим на него сверху.
- Слезайте! – сердито крикнул он, и Речница увидела, как воины на других постах поспешно повернулись к ней. – Нечего тут выглядывать!
Нингорс резко развернулся и вздыбил мех на загривке. Крыша под его ногами ярко вспыхнула, и стая Клоа, до того дремавшая, прилепившись к дверной завесе, взвилась над домами и плотным шаром окружила источник света.
- Слезайте, живо! – крикнул стражник. – Знорка, поставь ноги на крышу! А ты сложи крылья!
- Нингорс, не надо, - прошептала Кесса. – Их тут много, и они… Не надо делать их врагами!
- Эрррх, - хеск сложил крылья за спиной и спрыгнул с крыши, едва не сбив с ног прохожего-Тафри. Тот шарахнулся к стене и скрылся в переулке.
- Они что-то знают, - угрюмо оскалился Нингорс. – Мне не нравится тут, детёныш!
- У них много опасных хесков под присмотром, - понурилась Кесса. – Поэтому они насторожены. Лучше было бы выйти за ворота и взлететь оттуда.
- Я не хочу получить стрелу в брюхо, - Нингорс тронул свежий шрам на груди, прикрытый шерстью, но всё ещё заметный. – Но они что-то знают. Есть какая-то дыра там, над городом…
Он взглянул на затянутое белесой дымкой небо и фыркнул.
- Ворота для летунов, - прошептала Кесса, поднимая Зеркало Призраков на ладони. – Может, так будет видно…
В пластине древнего стекла отразились облака, слишком редкие, чтобы прикрыть огромные сталактиты на потолке пещеры. Дымка начала тускнеть, рассеиваться, а скалистое «небо» приблизилось. Оно всё было покрыто буграми и бороздами, а на дне «оврагов» темнели глубокие трещины.
- Здесь, - буркнул Нингорс, прикасаясь когтем к одной из них. За темнотой мерцала тончайшая серебряная полоска. Хеск посмотрел на небо и усмехнулся.
- Спрятано от глаз. Но эта штука нас проводит. Идём…
Улица, ведущая к верхним воротам, была прямой, но Нингорс выбирался из города переулками, петляя и путая следы. Кесса едва поспевала за ним, и ей было не по себе. На последнем повороте – оттуда уже виден был наскоро возведённый глиняный вал, укреплённый большими валунами, и пристроенные к нему сторожевые башни – хеск резко остановился и повернул голову к существу, выглянувшему из-за ограждения крыши. Это была Вайкири, и её круглое тело взволнованно раздувалось, а глаза сверкали.
- Что? – оскалился на неё Нингорс. – Я собираюсь отвести детёныша домой. Это теперь называют резнёй?
Вайкири подплыла ближе и раздулась ещё сильнее. Хеск тихо зарычал.
- Я не откусил ещё ни одной головы в этом городе! Но если меня будут запирать…
Вайкири хлестнула хвостом по крыше. Нингорс мигнул.
- Ладно. Но только до заката.
Он почесал загривок и негромко хмыкнул. Вайкири нырнула за ограждение, и Кесса увидела её хвост в дальнем переулке.
- Пойдём. Так или иначе, из Ремтиксы пора уходить, - сказал хеск и неспешно направился к воротам. Речница удивлённо мигнула.
Тафаири-стражи нехотя приподняли решётку ворот – так, что под ней едва можно было проползти на четвереньках.
- Волна кипит за стеной, - покачал головой один из них. – Куда вы лезете?!
Холодный ветер дунул Кессе в лицо, и она поперхнулась горьким дымом. Где-то вдалеке оплавился и вскипел камень, и едкие испарения просочились в Хесс. К ним примешивался смрад обугленных костей и мяса.
- А теперь – полетели, - Нингорс расправил крылья и неприязненно покосился на стену.
- Ох, не хотелось бы убивать Тафри, - поёжилась Кесса. – Они нам помогли…
- Я первым не нападаю, - пожал плечами хеск. – Держись крепче, детёныш. Мы взлетим высоко.