- Да… если можно, - Кесса почувствовала холодок в груди. «Вот бы получилось!» - она от волнения впилась ногтями в ладонь.
- Да почему нельзя-то… - пробормотал хеск, глядя на неё сквозь растопыренные пальцы. – Ага, ясно… Твой народ крепко с Водой связан? А лучевиков в роду не было? И ещё… но это не ко мне уже, и вообще не в Халкес. Может, Хонтагны… но у них своя гильдия, едва ли получится. Но и того, что есть…
- Эхм… мастер, от меня ещё будет тут прок? – спросил Сиарнон. Хальконег отмахнулся.
- Подожди в зале. А ты, знорка, иди за мной. Не работал я раньше со знорками, но, говорят, серьёзных отличий нет…
- Так у меня получится? – тихо спросила Кесса, догоняя хеска у дальней двери. Несмотря на короткие ноги, Хальконег перемещался весьма проворно.
- Сначала должны отработать камни, а там посмотрим, - качнул головой хеск, нажимая на узоры, высеченные на стене. О том, что под ними дверь, напоминала лишь узкая светящаяся арка – пока тяжёлая плита не поползла в сторону, открывая проход в узкую пещерку с длинными лежаками, прикрытыми сверху кожей.
- Можно ходить, можно сидеть, - продолжал пояснения Хальконег, быстро открывая ниши в стене и выбирая что-то стучащее и шуршащее из неразличимых в полумраке груд. – Но лежащему удобнее. Хотя кому-то легче, если сесть на корточки. Рукава закатай чуть выше локтей, штанины – чуть выше колен. Теперь замри.
На руках и ногах Кессы – у локтя и у колена – защёлкнулись толстые тяжёлые браслеты. Они были обшиты кожей, но внутри были, похоже, камни или железки, и весили они немало. Кесса шмыгнула носом – жир, которым ей намазали руки и ноги, был весьма пахучим, и запах ей не нравился.
- Будет жечь, и сильно, - предупредил Хальконег, возясь с браслетами. Из них торчали какие-то штырьки и скобы, и все они двигались и пощёлкивали.
- Не пытайся снять их – не выйдет, - хеск передвинул последний штырёк и вытер руки. – Если боль покажется чрезмерной – кричи. Я отсчитываю положенное время, когда оно истечёт – я вернусь.
Он вышел. Плита заскрежетала, возвращаясь в пазы, но не до конца – осталась небольшая щель. Кесса села на лежак, с недоумением разглядывая браслеты. «Что там, внутри?» - она потрогала скобы и клёпки и убедилась, что они не двигаются. Что-то холодное прижималось к коже с той стороны. «Может, там камни, о которых сказал колдун?» - Кесса поднесла браслет к уху, но ничего не услышала. «Там ничего не шевелится…»
Раскалённая игла впилась в локоть, и Кесса вздрогнула и схватилась за браслет. Он оставался таким же холодным снаружи – но с другой стороны вокруг руки сомкнулся горячий обруч. Он нагревался всё сильнее, и Кесса принялась дуть на руки, но жжение не унималось. Горела не кожа – будто всё внутри, кости и жилы, скрутилось и обвилось вокруг раскалённых углей. Волна жара прокатилась по телу, вышибая испарину. Кесса стиснула зубы. Её трясло, и чем дальше, тем сильнее, волны жара шли одна за другой, то накрывая всё вокруг алой пеленой, то отступая – и тогда тусклое сияние церитов казалось Кессе нестерпимо ярким. Она зажмурилась и свернулась клубком на лежаке. Воздух вокруг как будто густел с каждой секундой, и всё труднее становилось дышать.
- Хаэй! – дверная плита лязгнула, и Хальконег заглянул в пещеру. Едва окинув её взглядом, он быстро подошёл к Кессе. С тихими щелчками упали браслеты, снова запахло неведомо чьим жиром, и «колдунья» кое-как, мотая головой и жмурясь на свет, села на лежаке. Она посмотрела на руки, ожидая увидеть багровые пятна и пузыри, но кожа даже не порозовела. В голове гудело, во рту пересохло, жар и холод сменяли друг друга в крови.
- Выпей и посиди на месте, - Хальконег дал ей чашку с водой. – Результат, как я вижу, неплох.
- Результат? – Кесса изумлённо мигнула. – Но я ничего не…
- Опыт, - Хальконег постучал пальцем по кожистой складке над глазом. – Камни справились.
- Ал-лииши! – Кесса вскинула руку и даже не успела донести её до чашки. Поток воды выплеснулся из сосуда и повис над её пальцами, сверкая и переливаясь отражённым светом. И тут же раскалённая игла вошла под лопатку, и Кесса согнулась пополам, выронив и чашку, и водяной шар. Хальконег покачал головой и подобрал сосуд с пола.
- Как всегда, - пожал он плечами. – Знорки себя ведут так же, как юнцы из Пещер. Что же, это следует записать…
Вручив Кессе наполненную чашку, он вышел.
…Водяной шар висел посреди зала, распухая на глазах, он клокотал и выплёвывал брызги, но поступающая неведомо откуда влага всё наполняла и наполняла его, пока он не стал больше Кессы. Она осторожно подняла руки – вслед за ними поплыл и водяной сгусток, медленно-медленно, пока не наткнулся на край бочки и не пролился внутрь.