Тропарь-младший видимо решил не утруждать себя излишней вежливостью и без особых прощаний с центурионом просто потянул меня в сторону моего дома. Только сейчас я заметила, что он так и не отпустил мою руку. Галлис же, покинув экипаж, как-то еле слышно пожелал мне спокойной ночи своим вкрадчивым глубоким голосом так, чтобы не заметил мой ревностный защитник. От удивления я не нашла, что сказать в ответ.
Плетясь позади Денека, я несколько раз украдкой оборачивалась, чтобы убедиться, что силуэт центуриона удаляется в сторону замка.
Глава 23
С самого утра в нашей лавке было полно покупателей. Мне приходилось прилагать особые усилия, чтобы добросовестно справляться со своими обязанностями. В такой ранней суете, да ещё и после беспокойной ночи это было довольно непросто.
Прошлой ночью уснуть мне удалось не сразу. Я все пыталась понять, чего же добивался этот… Центурион Галлис, одним словом. А это его: «Спокойной ночи, Лиса!» вообще оставило меня без шансов нормально выспаться. Он никогда ранее не называл меня по имени. Да чего уж там лукавить, если он и бывал у нас в лавке, то вообще никак ко мне не обращался.
В ходе долгих размышлений, я все-таки пришла к выводу, что наш вчерашний попутчик проводил разведку боем. Вероятнее всего он уже изучил мои документы, оставленные на Факультете, но каких-то подробностей о моей личной жизни он знать не мог. Если я выходила в город, то обычно была в компании Денека, поэтому у тех кто нас часто видел могло сложится неверное представление о характере наших отношений.
Галлис же оказался не так прост. Я думаю, он четко дал мне понять, что Денеку не удалось его запутать своим поведением. Не ясно только одно, для чего ему это все. Ну не поверю я, что у него сугубо амурные интересы в отношении меня.
Конечно же обсуждать это все с Тропарем-младшим было бессмысленно. Он уже давно записал Галлиса в мои поклонники, именно поэтому вчера он так рьяно меня оберегал. Можно было бы попробовать что-нибудь выведать у его дяди, но по понятным причинам мне не особо хотелось делится с ним подробностями нашего вчерашнего вечера.
К концу дня я вымоталась так, что решила отложить поиск информации о не дающим мне покоя легионере номер один как-нибудь на потом. Логично было бы выждать некоторое время и всё-таки очень аккуратно выведать у Денека всё, что он знает о центурионе. Тем более, что мне показалось, будто у них были какие-то личные счёты.
Следующая неделя выдалась какой-то особо суетливой. Господин Тропарь довольно потирал руки, когда заканчивал собирать очередной заказ, а вот его племянник выглядел непривычно удручённым при таких объёмах работы. Торговля шла особенно хорошо, но я сильно уставала, потому что из-за нескончаемого потока покупателей у меня даже не было времени на коротенький перерыв. Хотя раньше бывало так, что мы могли часами пить с Денеком чай в подсобке, потому что в лавке никого не было.
Основную часть новых покупателей составляли студенты факультета магических искусств, о чём говорила их форма и уже знакомые мне чёрные мантии, украшенные эмблемой в виде стилизованной чёрной розы. Многие вернулись с летних каникул и активно готовились к скорому началу учебного года.
Я стала заметно нервничать в преддверии этого знаменательного для меня события, даже несмотря на то, что к переезду я была почти полностью готова, собрав все свои немногочисленные вещи. Затягивать это важное дело ещё дольше я уже не могла, поэтому уже на ближайших выходных Денек обещал мне помочь перенести моё добро.
По словам секретаря заселяться во флигель можно было ещё на прошлой неделе. Но после нашей запоминающейся поездки из «Старого мага», я всеми правдами и неправдами избегала даже мысли о том, что будучи на Факультете я, вероятнее всего, могу наткнуться на лавандоглазого легионера.
С самого раннего утра Денек уже был у меня в комнате. Я вручила ему свою немаленькую дорожную сумку, с которой прибыла в Республику эти летом и, попрощавшись с хозяйкой, мы отправились в замок Чёрной розы.
Пока Денек ждал меня во дворе, нагруженный моими вещами, я пошла к секретарю. В этот раз это уже не было так жутко, поскольку по коридору сновали толпы людей, а у двери секретариата даже столпилась небольшая очередь.