Обернувшись, она увидела лишь сверкающие красные глаза. Взгляды сошлись и замерли друг на друге. Лотису стоило лишь двинуться, как красные глазища устремились к свету. Он был настолько быстр, что даже Хитори не успела что-то сделать. Лотис ели как увернулся от длинных ногтей вампира и, обнажив катану, молниеносно подскочил и пронзил своего врага. Вампир обнажил свои клыки, но сил впиться в шею не было, потому он упал на колени и понемногу отдавался смерти. Хитори всё это время спокойно сидела и наблюдала за изящными, но дрожащими действиями Лотиса.
— Неплохо, — бросила она.
— Я его заметил, когда воры выбежали из толпы… — буркнул он, садясь обратно, — продолжай…
— Давай в следующий раз расскажу, а сейчас спать. Благо великий Лотис сразил страшную и голую тварь, способная задушить его своими причиндалами.
— Не такие уж и большие у него причиндалы, — бросил он, — почему ты вообще обратила внимание на его причиндалы?
— Так он полностью голый, а это, знаешь ли, бросается в глаза! Вот когда увидишь такую же женщину, то я посмотрю, куда будешь смотреть ты, — через смешок произносила она, — а теперь спокойной ночи, — она легла и повернулась спиной к костру.
— Спокойной, — бросил Лотис.
Парень сидел ещё долгое время. Наслаждался тишиной, которую приятно тревожил треск костра и вглядывался в огненный цветок, который будто поглощал его в мир спокойствия. Через час он уснул.
Костёр потух сразу, как лёг Лотис, из-за сильных порывов ветра, потому утро выдалось холодным. Проснувшись, Хитори дрожала от холода, пробирающего до костей. Пнув ногой Лотиса, она попыталась развести костёр вновь, но ветер был слишком сильным. Они решили не тратить зря день и сразу же спустились с холма к полуразрушенному причалу, возле которого плавал самодельный плот, привязанный к деревянной балке.
— Что-то этот “плот” не внушает особого доверия, — забеспокоился Лотис.
— Если честно, мне тоже боязно на этом плыть, но выбор не велик, — покивала она, запрыгнув на плот. — Не гоже даме грести вёслами, потому это будешь делать ты, — улыбнулась, протягивая Лотису самодельное весло.
— Даме так же не гоже и демонов рубить, да мужиков диких спасать… — молвил он, запрыгивая с вёслами на плот.
И заплыли они в леса.
— Какой ты исхудавший, — отметила девушка, несмотря на доспехи, — что он с тобой делал?
— Из-за демона мой организм не воспринимал здоровую пищу, потому я быстро похудел. Он, конечно, кормил меня, но упустил этот факт. Затем он месяц мучал меня раскалённой железной палкой. — говорил он, гребя палкой. — Затем он решил убить меня угрями, однако мы, с демоном, разорвали рыбёшек. Потом он решил изуродовать моё лицо, но твой приход меня спас.
— Прошлого парня он мучал также, но его никто не спас, поэтому он умер на четвёртом мучении. Бедняга, — кинула она, вглядываясь в мутную темно-зелёную воду, — Почему вода зелёная?
— Что-что?
— Почему вода в болоте всегда зелёная? — повторила она.
— Наверное, потому что водоросли тоже зелёные… — предположил Лотис.
— Возможно. Там под непроглядной водяной дланью точно что-то таится. То, что может увидеть нас, но мы не узнаем этого…
— Русалки? Услышал из Заморских Баек своих солдат… когда-то давно.
— Русалки. Тоже слышала. Водяные женщины, очаровавшие моряков своим пением, а затем уносящие их на морское дно. Играют на похоти мужиков, а потом делают из их костей мебель, — протянула Хитори, — Нет. Не про них я думала, а про более ужасную тварь, которую даже и представить не могу. Вообще не знаю о чём думаю, мне просто кажется, будто под водой кто-то плавает.
— Рыбы…
— Маленькие и огромные? Трусливые твари или способный слопать тебя монстры? Вот в чём вопрос…
— Ты боишься того, что скрывается под водой? Серьёзно? Изначально я подумал, что ты суровая, не старящаяся смерти, боевая баба…
— Я не суровая и вполне могу вести себя мило, если есть на то настроение, — буркнула она, — и да, я смерти не боюсь, но и помирать в таком месте не хочется.