— Мне приятно, Милдред.
Её голос делается мягким, как и раньше, лицо расслабленным, осанка — аристократичной. Теперь передо мной не Буря, а собранная Владычица Аметистовой сферы. Растрёпанная, грязная, в крови, но чистая душой.
Вне амфитеатра мне становится спокойнее. Особенно в своей комнате, в которой я ещё не освоилась. Здесь уютно, богато и опрятно, пахнет лавандой и морским воздухом, а не по́том, металлической кровью и гневом.
Я не подхожу этой сфере. Я точно не такая идеальная, как Юми, такая отзывчивая, как Киара и такая респектабельная, как Норвуд. Я знаю, где моё место и это определённо не оно…
«Девочка-ключик», — крутится у меня в мыслях на протяжении всего дня. Если бы у меня действительно был ключ, я бы открыла «шкатулку тайн» и узнала бы всё, что пожелаю, открыла бы хранилище с оружием против Джюель, открыла бы двери тюрьмы Грэма… Я не в состоянии сделать ничего из этого. От злости пинаю пилон кровати, и прозрачные шторы над головой содрогаются, как паутинка на ветру, окрашенная цветом ночного неба.
Прошло три месяца с тех пор, как я видела Грэма и два месяца, когда я в последний раз встречалась с Яфой. Найджел навещал меня вчера, но кажется, будто миновали скучные годы.
— Не отдыхаем! — влетает в мою комнату Киара, топая гулкими железными сапогами. Я всё удивляюсь, как у них не проломились полы, когда один костюм весит как сам покровитель?
— Что такое?
— Сейчас не ночь, чтобы спать.
Когда в сфере темень, это навевает лишь вечную дремоту. Киара этого, безусловно, не поймёт — она покровитель и не помнит, что такое необходимый сон.
— Владычица зовёт тебя на ужин.
— Ужин? — лениво спрашиваю я. Я не желаю идти туда и наблюдать за влюблёнными покровителями, которые вчера собирались порезать друг друга на куски. Живот неожиданно начинает урчать, убеждая меня в том, что я должна пойти. — Сейчас?
— Да! Я мигом побежала к тебе… То есть перенеслась. Наверное, ты будешь чувствовать себя некомфортно, но все тебе очень рады. Правда!
Да-да, особенно Бад: он запляшет от счастья, закажет оркестр и будет постоянно улыбаться мне, как первым цветам.
— Я принесла другие доспехи. Может, эти подойдут. — Киара протягивает мешок из толстой резины.
Я отрицательно качаю головой:
— Я это не надену. Есть какое-то платье, костюм? Я уже третий день хожу в одном и том же комбинезоне.
— Многого хочешь. Это особое правило нашей сферы, каждый покровитель должен его соблюдать.
— Они чересчур тяжелы для меня, к тому же я не принадлежу вашей сфере. Если аметист выберет меня, я обязательно буду следовать традициям. Разве олицетворение вашей сферы это не «свобода»?
— Ну и ладно, ведьма! Тогда пошли.
В зале находится около шести человек. Они мирно сидят за продолговатым столом, в хорошем настроении о чём-то беседуя.
Киара хватает меня за руку и ведёт стремительнее.
— Милдред, — учтиво произносит Юми.
— Всех приветствую, — вежливо говорю, здороваясь с Бадом, Владычицей, хранителем, Норвудом и покровителем с объёмной зачёсанной шевелюрой, почти такой же, как у Хардина. Он с улыбкой отодвигает мне стул рядом с собой. Воспитанный мужчина заслуживает моего одобрительного кивка и снисходительной улыбки. «Никогда не ведись на благость. В каждом скрывается вторая личина», — твержу себе, удерживая зрительный контакт с незнакомцем. «Они знают о тебе больше, чем ты. Твоя жизнь в их руках. Тебе нужно им довериться», — возражаю я, осматривая зачинщиков ужина. Я ощущаю себя нагой перед ними. Прямо как с командой Грэма: все они знали больше меня ещё до того, как я впервые коснулась стали.
— Поздравляю с победой, Юми, — подбадривает Киара. Женщина улыбается и берёт Бада за руку. Он удивлённо вскидывает брови и смотрит на их едва сцепленные ладони, словно бы после драки он вернулся и застрял в том времени. И почему же тебя это так ранит, Ауман? Неужели ты сомневаешься в чувствах своей драгоценной? Или ты настолько не уверен в себе?
Мужчина задерживает на мне взгляд, будто слышит, о чём я думаю. «Какое несчастье, что ты не имеешь такой способности. Мы бы с тобой весело пообщались». Я оскаливаюсь ещё шире, лишив свои эмоции дружелюбности. Бад сжимает челюсти и отворачивается.
— Прошу, приступайте к ужину, — предлагает Юми.
Еда здесь только для меня имеет значение, потому что покровители питаются своей энергией. В их организме происходит обмен — используя свои силы, они восстанавливаются и насыщаются. Это позволяет им не питаться, не спать, иметь ускоренную регенерацию и спасательный щит: хоть сердце вырви — покровитель останется жив. Я сижу в одном помещении с настоящими «механизмами».
Что касается отставных — они расстаются с мечом, лишаются способности видеть фаугов и нутром чувствовать их приближение, будто снова становятся обычными людьми. Однако никто из них не теряет мощных физических сил, долголетия и способности переносится в другое место. Этим покровителям приходится питаться и спать, чтобы получать магическую энергию. Потому-то у посыльных так много работы в городе.
Я съедаю блюдо с лимоном, сыром и оливками, припорошенное фиолетовой блистающей стружкой. Вкус специфический, ничто не стоит в сравнении с ним. Вкусно, но ни сладко, ни солёно, ни горько, ни кисло.
— Я помню, как Норвуд только-только дал мне попробовать феоллэ. Это о-о-очень аппетитно, я тогда до потолка прыгала от наслаждения, — причмокивая, произносит Киара.
— Мы с приятелями уже заканчиваем с ониксовой специей, — сообщает Норвуд. — Ещё год и будет готово.
— Не терпится попробовать, — восклицает Киара. Бад впервые смеётся за всё то время, пока я его знаю. Два его передних зуба совсем немного выступают вперёд.
— Наши посыльные покровители в свободное время изготавливают различные вкусности, специи, добавки, — рассказывает Владычица. — Для этого у нас на двести десятом этаже есть ряд кухонных лабораторий. Только в нашей сфере этим занимаются. Если нам выгодно, мы можем проводить обмен с другими сферами.
— О… Это очень интересно. Я бы хотела посмотреть процесс.
— Он занимает от полугода до двух лет, — Норвуд чешет затылок, что-то вспоминая. — Опора изготовления — это магия хранителя. Мы сами созданы из магии — мы её и поглощаем как энергию.
— Это отличный способ восстанавливаться, — поддерживаю разговор я. — Но… что будет со мной? Я человек.
— Второе Испытание пробудило в тебе силы, — открыто объявляет Юми. — Они есть в тебе и сейчас ты их восстановила.
Я разглядываю присутствующих, которые никак не реагируют на слова Владычицы. «Успокойся! Они в курсе и им наплевать!».
— Мне действительно стало лучше.
Я решаю доесть оставшуюся еду. Никто так не скрупулёзен в своей деятельности, как покровители Аметистовой сферы.
К нам спешно врывается девочка в доспехах, совсем молодая, как я, но выглядящая в разы младше. Она что-то говорит Баду на ухо, тот мрачнеет и с неверием глядит на девочку. Все за столом напрягаются, но не прерывают трапезу.
— Мне бы не хотелось портить ужин плохими новостями, но, боюсь, сообщить будет некогда, — начинает Бад, откладывая в сторону вилку и нож. Юми отвлекается на мужа. Покровитель почему-то медлит. Киара нервно прокашливается и как можно громче кладёт свою пустую тарелку на тарелку Юми. — Сегодня… слишком много покровителей погибло.
— Сколько? — невольно спрашиваю я.
— Три тысячи сокрушающих и двадцать посыльных, которые сопровождали погибшую двадцатку.
Юми хмурится и плотно сжимает губы. Киара шумно ахает, Норвуд утешающе гладит её по спине, а незнакомец хмурит брови от каждого слова правой руки.
— Скоро нам будет недостаточно покровителей, чтобы справляться с нашествием фаугов, — продолжает Ауман. — Мы не можем прийти в упадок. За всё существование Аметистовая сфера никогда не была на дне. Баланс — наша основная задача. Он потихоньку расшатывается, а вскоре вообще разрушиться и вселенная будет охвачена мерзкими паразитами.
— Паразиты… Мягко сказано, — хмыкает Киара. Её маленькие глазки блестят от слёз, но щёк они так и не достигают.