— Найджел?! — я удивляюсь его появлению, потому что мне становится ясно, как я оказалась здесь. Он видел, какой я устроила погром. — Что ты тут делаешь?
— Принёс рыбкам ужин, — беззаботно отмечает он с жёлтой пачкой в руках. — У тебя что-то со здоровьем. Моё лекарство тебя вылечило. Где спасибо? — покровитель сыплет корм в аквариум и на его лице отражается голубая водная рябь под стать его глазам.
— Спасибо, но… это ты заставил меня пить, — голос осип после моих срывов.
— Опустим этот момент, — сквозь зубы, но с улыбкой произносит Найджел. — Как думаешь, не мало я им насыпал?
— Если мало, я их позже покормлю.
— Ты день и ночь занята, тренируешься.
Покровитель пока не заговорил, кто разбил нерушимую колонну из аметиста, снёс перила, и почему я лежала без сознания посреди коридора. Он не потребует объяснений, потому что догадался. Казаться глупым в соответствующий момент — его козырь в рукаве.
— Да-а. Скоро нужно заканчивать Испытание.
— Знаешь, — он садится на край кровати, закидывая одну ногу, — я вспомнил, насколько мерзкой ты была поначалу.
— Да ты был хуже! — Я скидываю его ногу с моей кровати, подметив пыль на белых коротких сапогах. — Похоже, таким и остался.
— Я зол. Очень, — говорит он и хмурит брови, а затем принимается хохотать. Я впрямь поверила, что он бушует. — Ладно, я помог тебе в хозяйственных делишках, поддержал и теперь ухожу.
— Так быстро?
— Хочешь, чтобы я задержался? — он не отпускает мой взгляд. — Вообще, я тут с незапамятных времён. Хотел бы целую вечность, но меня ждут ученики и, безусловно, война.
— Расскажешь?
Он возмущённо кривится и махает рукой.
— Ла-адно, птенчики подождут. Джюель что-то задумала. Это заметно, но… что именно и в отношении кого — тайна. Её правая рука частенько куда-то сматывается, а она сама не бывает в тронном зале. Когда могу — за Владычицей слежу: она сокрушает, а иногда исчезает, всякий след пропадает. Готовит новый план. Столько дел у неё: и Флавиан с Бодо, я собственной персоной, ты, Аметистовая сфера. Нажила себе врагов, теперь разделывается.
— Нехорошо это. Как продвигаются поиски её сына?
— С той девчонкой без одной руки не вышло, мы устроили настоящий поединок, и скажу честно, она отлично управляется с мечом! Мы с Нанной обсуждали, каким способом искать твоего братца. Каждый из них — это метод тыка. Нам нужен компас, который в точности укажет, куда двигаться. Нельзя рисковать. Знаешь ли, даже в Аметистовой сфере есть её шпионы. Хранителей и посыльных привлечь легче всего — они могут принадлежать любой сфере. Имеется у них стайка «Бертран», гордятся, наверное.
Итак, в день второго Испытания я могла убить не только хранителей сферы Голубой Бирюзы, но и других сфер. Эта мысль вгоняет меня в ужас. Всегда я утешаю себя, что это было неосознанно. Но я по-прежнему остаюсь настоящей убийцей, желала я этого убийства или нет.
— Ты побледнела, — подмечает покровитель. — Опять болеешь?
— Угу. Мне в последнее время нездоровится, — невнятно говорю я, обтерев затылок ладонью.
— Скоро это пройдёт, — он лениво оскаливается. Найджел прямо говорит, что знает, кто ключ или это моя сумасшедшая паранойя? — Ты станешь покровителем, и человеческие болезни улетучатся!
— Это так.
— Ах, забыл. Интересно тебе или нет, но Яфа сейчас тоже под замком.
Я приоткрываю рот и смотрю на покровителя, ожидая от него пояснений. Но как только я улавливаю его готовность исчезнуть, немедленно спрашиваю:
— Как… Почему это произошло?
— Не догадываешься? Как комично, — он потирает руки как муха. — Твоя подружка решила геройствовать, попросила смягчить Грэму срок заключения, если её тоже возьмут, как подопытную. Якобы это ударит по нему сильнее пыток.
Он сообщает об этом так, словно всю жизнь читал Эдгара По, и отныне у него стойкий иммунитет на такие ситуации.
— Ему не уменьшат срок заключения. Семья Бодо — сплошная несправедливость. Про Флавиана мне и сказать нечего.
— Я в их переделки не лезу.
— Шпионаж, по-твоему «не лезть»?
— Ой, всё. Хватит. Мне пора.
Он уходит, а я не успеваю бросить ему что-то ядовитое.
На что Яфа надеялась, когда шла на такой поступок? Я признаю, что это достойно уважения, но сколько это продлится? Она оставила руководство, отказалась от спасения Грэма, сдалась. Я не знаю всей ситуации, поэтому не позволяю себе зайти далеко, критикуя девушку.
Я отлёживаюсь в постели пару часов, читаю древнюю пьесу и периодически подкармливаю рыбок. Найджел внушил мне, что они вечно голодны. Я слишком часто отвлекаюсь и поглядываю на них, как и они на меня, словно прося «ещё горстку, пожалуйста».
Юми и Киара навещают меня, когда стрелка только щёлкнула за чертой «12». Владычица сидит ровно, с поднятым подбородком, аккуратно сложив ладони на коленях. В то время Киара, стянув с себя доспехи и оставшись в утягивающем комбинезоне, который обычно надевает под низ, сидит со скрещёнными ногами и, сгорбившись.
— Я прикрыла этот момент, — говорит Владычица. — Ты в порядке?
— Да. Меня выручил друг. Нашёл и перенёс сюда.
— А ему можно доверять? — спрашивает Киара. — Это Найджел? Тот чудак, который приходил к тебе в прошлый раз?
Тот раз уже давно не прошлый.
— Да, это он. Найджел исключительно на моей стороне — у него нет мотивов вредить мне. Плюс он знает, кто я.
— Ты ему рассказала? — Юми тщательно подбирает слова.
— Нет. Он узнал из наблюдений.
— Значит, вертится возле тебя круглые сутки, — прищуривается Киара и хлопает ладонями.
— Да уж. Лучше бы не вертелся, — бубню под нос я. — Приступ случился внезапно, после тренировки.
— Теперь тебе следует непрерывно быть начеку, — заключает Юми. — Мне жаль, что я не могла быть рядом на тренировке, но ты неплохо справилась. Это огромный успех.
— Спасибо.
— Не скромничай, Милдред. Будь с нами, как с подружками, — Киара толкает меня в плечо, и я не сдерживаю смех. С первой же нашей встречи я поняла, что у Владычицы и её маленькой приближённой тёплые отношения, настолько полные доверия, что формальности для них — дикость.
— Она воспитанная, — поправляет Юми. — Это прекрасно. Говори, как тебе удобно, но никогда не кланяйся.
Если бы я сейчас была в хорошем расположении духа, то сказала бы: «Я никогда и никому кланяться не буду».
— Вы постоянно интересуетесь моим самочувствием и… Как вы?
Юми и Киара переглядываются, искорки грусти в мгновение угасают и они обмениваются фальшивыми улыбками.
— Отлично. Позаботься о себе. Твоё состояние гораздо важнее, — Владычица оглядывает обитателей аквариума и дёргает бровями. — Гуппи — моя детская и некогда позабытая любовь. У меня тоже был аквариум, стоял на этом же месте, только был вдвое меньше. Одинокая гуппи — так я её называла. Я призывала родителей подселить к ней друзей, но они боялись, что я не справлюсь с такой ношей.
— Юми, здесь была твоя комната? — вспыхивает Киара, и Владычица кивает, разглаживая складку платья на ногах.
— Заранее: всё хорошо, Милдред. Я знала, кому отдаю свой детский уголок и нисколько не жалею.
— Мне приятна ваша доброта. Я не заслуживаю её, я не такой человек как вы, — к горлу поднимается ком, и я резко сглатываю, избавляясь от него.
— Может быть и не такой, но любви ты точно заслуживаешь. Ты почти никогда не знала, что это, — Киара улыбается, открывая белоснежные зубы.
— Фух, чувство, будто я сейчас растрогаюсь. Если вы свободны, можем поесть?
— Не сдерживайся, не стесняйся показать, что ты чувствуешь, — Владычица по-доброму усмехается. — Ты пытаешься доказать, что люди — не хуже покровителей. Разве будешь ты человеком, если прячешь эмоции под железной маской?
— О, я не задумывалась об этом. Ваши слова имеют смысл.
— Сегодня повара обещали блюда из морепродуктов. Милдред, что ты об этом думаешь? — спрашивает Юми. Киара подпрыгивает от счастья и сжимает кулаки.