Альфа разлил вино в бокалы и поднял свой. Но я не дала ему сделать глоток.
- Ой! Чуть не забыла!
Выскочив из-за стола, взяла с подоконника две свечи и поставила рядом с рыбой.
- Тридцать один? - Стах округлившимися глазами смотрел на восковые цифры и, догадавшись, сглотнул: - Люция, только не говори, что у тебя сегодня день рождения!
- Хорошо, не буду.
Под мой смех Карнеро сконфуженно закрыл лицо руками.
- Прости, я не знал.
- Как и я о твоём, помнишь? Всё честно: день рождения, без подарков и… рыба.
Альфа сокрушённо вздохнул:
- Идиётская ситуация.
- А мне всё нравится, - тихо возразила я и взяла свой бокал. – С тебя поздравление!
Оборотень долго смотрел на меня, собираясь с мыслями.
- Что же тебе пожелать?.. Здоровья? Счастья? – мужчина улыбнулся, если можно было назвать улыбкой дрогнувшие уголки губ. – Банально и избито, правда? А ведь на самом деле это так много.
После пережитого трудно было с ним не согласиться.
- Спасибо, Стах, - я поднесла бокал к губам.
- Это не всё, - волк взмахом руки остановил меня. – Прости, мои слова звучат сумбурно и путано, но сейчас я хочу не поразить тебя красноречием, а действительно пожелать что-то очень важное... Год назад я вырвал тебя из привычной жизни, уничтожил все планы, надежды и стремления...
- Не только ты, вся ситуация в целом, - поправила я.
Волк неопределённо повёл плечом и пристально посмотрел на меня:
- Я хочу, чтобы ты вновь радовалась жизни, чтобы мечтала. Подумай, чего тебе хочется. И я помогу, насколько это будет в моих силах, - Стах поднял бокал. – Мечтай и ничего не бойся, малень… - он оборвал себя на середине слова. – Не бойся больше!
А меня словно по колючей проволоке проволокли, когда я не услышала так бесившее меня “маленькая моя”.
- Загадывай желание и задувай свечи! - улыбнулся альфа. – Уверен, в этот раз оно непременно сбудется!
Откровенничать было не просто, но я всё-таки решилась:
- У меня есть одно желание… Я хочу найти свой дом, хочу быть там своей и по-настоящему нужной хоть кому-нибудь, - проглотив слёзы, через силу улыбнулась притихшему волку. – И чтобы рядом с домом росла чёрная смородина.
Не смакуя, выпила терпкое вино… до конца, до першения в горле.
- Почему именно чёрная смородина? – спросил мужчина.
- Не знаю. Только, когда я думаю о доме, всегда представляю её.
- У меня в саду, кажется, где-то росла.
Я отрицательно покачала головой:
- Нет, Стах, не росла. Я искала.
- Но ведь её можно посадить, - он ободряюще улыбнулся. – Скоро весна. Потеплеет - и мы обязательно посадим. Что скажешь?
- Отличная идея! – я улыбнулась в ответ.
Мы сидели на кухне до глубокой ночи, говорили о чём угодно: о политике, о ценах на жильё, о модных тенденциях - только не о себе.
Два измученных волка.
.
Я не вышла к завтраку. Банально проспала: накануне долго не могла уснуть, а ближе к рассвету под убаюкивающий стук дождя незаметно отключилась. Часы показывали одиннадцать, когда я вбежала в кухню.
- Доброе утро!
Пенка с едва заметным осуждением посмотрела на меня:
- Доброе.
- Что случилось?
- Знаешь, Люция, я тебя очень люблю. Правда! … Но вы со Стахом или сходитесь уже, или разбегайтесь. Хватит мучить друг друга.
- О чём ты говоришь?
Волчица потупилась, тщательно вытирая и без того чистый стол.
- Альфа ждал тебя целое утро. Пришёл такой весёлый, шутил. Всё на двери смотрел: когда ты появишься. А тебя нет и нет. Потом он замолчал и ушёл, ни к чему не притронувшись.
- Вы всё не так поняли!
Экономка лишь вздохнула и вернулась к плите:
- Садись завтракать.
Но я уже выбежала из кухни. В холле столкнулась с Натали Санторо. Мы так и не нашли общий язык, хотя неприязни от этой волчицы я больше не чувствовала.
- Ты к Стаху?
- Да, у него… массаж, - целительница замялась на последнем слове.
- Натали, позволь мне?
- Что? – не поняла она.
- Позволь мне сделать ему массаж!
Волчица нахмурилась:
- Это не баловство, Люция.
- Я знаю.
Она сжала зубы, нервно барабаня туфлей по полу, потом внимательно посмотрела на меня и протянула пакет со склянкой. Заметив мой удивлённый взгляд, пояснила:
- Это мазь… вместо масла.
Я нашла волка в массажной на цокольном этаже. Он сидел спиной ко мне, расстёгивая рубашку. Услышав шаги, заметил:
- Ты опоздала, Нат.
Различив знакомые ворчливые интонации в его голосе, я фыркнула. А Стах тут же обернулся.
- Люция?.. – удивился он, но, быстро опомнившись, велел: - Уйди, пожалуйста!
- Не гони меня, - я закрыла за собой дверь и призналась: - Мне и так непросто было прийти сюда.