Стемнело. Дом опустел: слуги и экономка вернулись в город, а Ральф давно спал, как и его нянька. Мотылёк, случайно залетевший в кабинет через окно, бился о горящую настольную лампу. И мне казалось, я сгораю вместе с ним.
- Люц?
Я подняла глаза. В дверях стоял Карнеро. Живой, здоровый, даже не похудевший! От нервного напряжения, меня начало потряхивать. Я закрыла лицо руками, пытаясь не разреветься.
- Люция?! – Стах присел рядом на корточки и коснулся моих колен.
- Слава богам!
Оборотень едва удержался на ногах, когда я повисла на нём.
- Ну, ну! Что это на тебя нашло?
- Как так можно, Стах?! Исчезнуть на четыре дня без предупреждения! Почему ты не позвонил? Трудно гилайон из кармана достать?! – набросилась я на волка.
- А разве я должен тебе отчитываться?
Словно тряпкой по зубам! Так тебе, Люська! Ты у нас кто? Любовница? Знай своё место!
Я клацнула зубами, опуская руки:
- Извини!
Хотела встать, но мужчина не позволил:
- Скажи, почему я должен был позвонить тебе?
- Ты не должен был. Прости, я забылась.
- Люц, я жду!
Мне стало не по себе.
- Я волновалась.
- Почему?
- Как почему, Стах?! Мы живём вместе!
- И что? Два года назад ты бы ухом не повела. Да что там! Ещё год назад, ты вздохнула бы с облегчением, пропади я. Может, всхлипнула бы у поминальной крады - и всё, - оборотень взглядом держал меня. – Что сейчас изменилось?
- Я не знаю!.. Я не думала об этом!
- А ты подумай! – альфа упёрся руками в подлокотники кресла, нависая надо мной.
Я задохнулась, когда мужское дыхание коснулось меня. Больше всего хотелось спрятаться у Стаха на груди.
- …Почему, Люция?! Почему тебя так взволновало моё отсутствие? Почему ты переживала за меня?
Я закрыла глаза, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
- Потому что люблю тебя.
- Повтори, - велел мужчина.
- Я люблю тебя.
- Громче.
- Стах, хватит!
- Громче, я сказал!
И я всё-таки разревелась. Но этого волка слезами не проймёшь! Оборотень нашёл мой испуганный взгляд и тихо попросил:
- Скажи это, пожалуйста!
- Я тебя люблю.
Его губы накрыли мои, лишая голоса, дыхания. Стах не скрывал своей радости. Он ликовал!
- Дошло, наконец?!
Прежде, чем я успела выругаться, он вскочил на ноги и заставил подняться меня.
- …Я уже с Имболка заметил, что твоё отношение поменялось. Ты ищешь меня, не задумываясь, стараешься быть рядом. Ты не просто принимаешь меня - я тебе нужен. Всю весну за тобой наблюдал, - волк говорил и быстро расстегивал пуговички моей блузки. - Но сколько я ни подводил тебя к мысли по-новому взглянуть на наши отношения, ты вставала на дыбы: нет, и всё! Ты - нтле лебисто! И мы с тобой только любовники!
- Стах, я…
- Я тебя люблю, идиётка моя упёртая! Люблю до дрожи, до боли в груди! – перебил меня мужчина. – Я могу представить свою жизнь какой угодно, но только вместе с тобой!
Внутри меня появился комок чего-то тёплого и светлого. Я во все глаза смотрела на оборотня. Он ласково провёл по моей щеке, убирая непослушную прядку волос:
- Ты любишь меня?
- Да.
- Да будет так! – и Карнеро вновь склонился надо мной.
От резкой боли я закричала, изо всех сил отпихивая оборотня. Но он уже сам отпустил меня. На губах алела моя кровь, а взгляд был довольный-довольный.
- Стах, ты что сделал? – шокированно прохрипела я.
- Ты моя пара, Люция! Отныне и до самой смерти, пока Грани не позовут меня.
Предвечная Тьма! Этот ненормальный волк поставил мне брачную метку! Объявил всем о своём выборе!
Тем временем альфа сел в кресло.
- Поставишь метку мне?
Я, выражаясь молодёжным сленгом, выпала в осадок.
- Стая не одобрит.
- При чём тут стая? Не о ней речь! Люц, я тебе нужен?
- Вовремя спросил! – из моей груди вырвалось нервное фырканье.
Карнеро нахмурился, и я улыбнулась ему:
- Конечно, нужен!
- Тогда кусай! – оборотень расстегнул рубашку, оголяя основание шеи.
Я уткнулась носом во впадинку, вдыхая родной запах. Лизнула, чувствуя, как каменеют мышцы под руками, и решилась. Острые зубы легко проткнули кожу, в рот потекла тёплая кровь.
- Лизни так, чтобы твоя слюна попала в место укуса, - велел альфа.
Я испытывала какой-то необычайный подъём, привязывая этого мужчину к себе навсегда. По довольному взгляду Стаха поняла, что он чувствует то же самое. Воротничок блузки больно прошёлся по ранке. Волк, наверное, понял это по моему лицу, привлёк к себе и стал осторожно зализывать укус. Я расслабленно выдохнула.