Я вздрогнула, поднимая растерянный взгляд на Полину.
- Прости, зачиталась.
- Я так и поняла, - волчица улыбнулась и кивнула на соседнее кресло: - Можно мне присесть?
- Конечно. Вы уже всё обговорили?
- Да. Этот обряд мне знаком: сама через него проходила. Хотя, конечно, есть некоторые отличия.
Я заметила, с какой осторожностью она разглядывает меня, и не удержалась:
- Не нравлюсь? Или не доверяешь?
Оборотница хмыкнула и, уже не таясь, посмотрела на меня:
- Отчего же, нравишься. Просто в голове не укладывается, что ты некромантка-отступница. Я их представляла совсем другими: страшными, худыми, с вытянутыми бледными лицами, с длинными острыми носами и скрюченными пальцами, в руках - посох с черепом, а следом бредут зомби.
Моё воображение живо нарисовало предложенную картинку. Ничего себе! А Полина не унималась:
- И тут ты… Девочка-припевочка! Глазки наивные, волосы кудрявенькие в косичку заплела. Ещё осталось надеть юбочку в складочку и гольфики беленькие – и всё! Ни дать ни взять мечта педофила!
Я опешила… даже не так. Я офигела! Волчица заметила мои вытаращенные глаза и смутилась:
- Ой, прости.
- Пока не за что: мне ещё нужно переварить услышанное, - я не удержалась от сардонического смешка. - Внешность обманчива, Полина. Глупо по ней судить о человеке и его возможностях.
Женщина посерьёзнела:
- Я живу здесь уже восемь лет, но многие вещи мне до сих пор непонятны. Мой друг рассказывал об отступничестве и о том, что вы продаёте душу Тьме.
- Продаём? Забавно… И какова цена души? Сколько шелетов? – я усмехнулась. – Это не так, Полина. Некроманты сами по себе особенные. Многие всю жизнь балансируют на границе Жизни и Смерти, Света и Тьмы. А некоторые растворяются в этой Тьме. Всё зависит от силы мага. Понимаешь?.. Кто-то в состоянии контролировать Тьму в себе, кто-то нет, - я помолчала немного. - Отступники ни те, ни другие. Они сами впускают Тьму в себя. Ведь она приносит невероятное ощущение всесилия и всемогущества. Ты уверен, что победишь любого, потому что Тьма вечна. Но её надо регулярно кормить жертвами, их кровью, страхом, болью.
Волчица прищурилась:
- На твоём лице явное отвращение. Тебе это претит... Тогда почему ты стала отступницей?
- Полина, я из древнего магического рода. Окружающие наивно полагают, что наша жизнь – сказочный Мейдикрас без тревог и забот. Они видят нас в дорогой брендовой одежде на экранах и на страницах газет и журналов. Думают, что мы ничего не делаем сами, ведь для этого у нас есть слуги… Отчасти обыватели правы, но они не знают, чем аристократы платят за это - свободой и правом выбора. За нас всё давно решено. Я ещё не родилась, а мне уже подобрали будущего мужа. Едва определился мой дар, была выбрана школа и Академия. Я вошла в общественные организации, которые до меня посещали мои родители. Дружила с девочками, которых мне выбрали в подруги. Встречалась с мальчиками, если родителей устраивало их происхождение... Как ты думаешь, кем я могла стать с отцом-некромантом?
- Взбунтовалась бы! - как-то отчаянно воскликнула Чёрная. – Привлекла бы общественное внимание!
Я стала смеяться, только не весело, а горько:
- Есть такое понятие - родовая честь. И нам вколачивают его с детства. Я могу тысячу раз не соглашаться со своим отцом и не поддерживать его точку зрения, но на людях всегда буду следовать за ним, потому что мы – Кханы, - я посмотрела на притихшую волчицу. - Одно компенсирует другое: у меня нет личной свободы, зато есть защита рода…
- Но ведь от тебя отказались!
- Потому что я стала зверем.
.
Я зверь! Волк! Очень хорошо это почувствовала на следующий день, когда бежала по лесу к древнему капищу. Невольно вспомнила свой свадебный обряд и тут же услышала тёплый отклик от Стаха: он послал мне образ обнажённой женщины среди цветущего луга. Приятно чувствовать себя красивой и желанной!.. Я осторожно перепрыгнула поваленное дерево, стараясь не упускать из вида волков впереди. А потом стало не до веселья: лес погустел, и мы еле продрались через заросли сехлы – жутко колючего кустарника. За спиной слышалась ругань Полины.
Ничего себе фири-гахум (главная волчица стаи – Прим. авт.) перлы выдаёт! Кто её научил тролличьим ругательствам?.. Надо бы запомнить!
“Я тебе запомню!” - пригрозил Стах, бегущий впереди.
Наконец среди деревьев появился небольшой просвет, и мы оказались на капище. Волхв и беты уже ждали нас. Владек Маюров держал притихшего Ральфа. Мы перекинулись и быстро оделись. Я с интересом разглядывала церемониальные одежды на Стахе и Полине.