Потом вспомнила, как некоторые некроманты общались с немыми призраками (есть и такие!).
- …Давайте так: если “да” – вы коснётесь правой руки, если “нет” - левой. Хорошо?
Я улыбнулась, когда холод пробежал по правой ладони.
- Вот и ладно!.. Вы пришли ко мне?
Правая рука. Хорошо!
- Привязка осталась?
Левая рука. Я задумалась.
- Что-то не так с отцом в Гранях? Кто-то хочет поднять его?
Левая сторона.
- Фу-у-ух! – я не сдержала облегчённого выдоха. – Может, проблемы дома? Хотя он уже не мой дом, но всё-таки…
Левая ладонь снова замёрзла.
- Что тогда? Может, что-то затевается среди отступников?
Рачетсы “думали” долго. Я занервничала, протянутые руки дрожали как в ознобе. И наконец холод обволок левую ладонь.
- Слава всем богам! Даже этому волчьему Силифиусу! Тогда что? – я лихорадочно соображала.
С боковой дорожки вдруг донеслось:
- Они соскучились!
Я вздрогнула, оглядываясь на Герва Санторо. Когда он пришёл? А больше подумать ни о чём не успела, потому что правая рука буквально заледенела. Я не могла поверить!
- Да?.. Вы соскучились по мне?
И снова леденящий холод. Не иначе рачетсы вдвоём прижались к ладони. А я расплакалась, как девчонка, чувствуя холодное прикосновение к своим щекам. И мне казалось, что я их вижу - страшных, уродливых созданий Граней, которые сейчас оказались моими единственными друзьями в мире живых.
.
Рачетсы приходили ко мне каждый день. Их холодные объятия согревали. Звучит абсурдно, но это так. Ладони и плечи чуть не льдом покрывались, а я представляла Реранг, уткнувшуюся в мои руки, и сдержанную Тосанг, улёгшуюся рядом. Когда холод пропадал, я понимала: кто-то из волков рядом. Рачетсы не хотели, чтобы оборотни знали о них.
Вот и сейчас моя нежить исчезла, а я повернулась к двери. Там стоял Нилс Буш.
- Я принёс еду, - омега смущённо кашлянул.
Равнодушным взглядом скользнула по вареному мясу и взяла мягкий хлеб с хрустящей корочкой. Слуга всё ещё крутился неподалёку.
- Чего тебе? – прозвучало грубо, но мне сейчас было не до шарад.
Молодой мужчина кашлянул:
- Я чистил ванную в твоей комнате…
- И?
- У тебя сильно лезут волосы.
- Бывает, - отмахнулась я. Глаза закрывались. - Иди. Спасибо.
- Ты не поела!
- Больше не хочу, - и положила на поднос недоеденный хлеб. - Иди, Нилс. Я хочу спать.
…
Стах медленно шёл по каменистой земле, слыша шёпот Владека и Эмерика за спиной. Нигде не было ни травинки: всё выжжено магией. В ушах стоял волчий вой вперемешку с человеческими криками и стонами. Карнеро скользнул взглядом по убитым магам и волкам. Они лежали рядом, почти касаясь друг друга - извечные враги, чья взаимная ненависть пестовалась столетиями. И не было надежды на примирение, на спокойную жизнь! Лишь Грани объединяли всех! Альфа сжал кулаки, чувствуя магию. Сколько же здесь ворожили? С какой мощью, если он по прошествии нескольких часов чувствует её так сильно? И так же сильно чувствует запах мертвечины, смешанный с гарью. Чёрные волки, словно зачарованные, шли на протяжные стоны, разрывающие воздух. Оборотень увидел Теймура Волотича, стал рядом и кивнул на обгорелые останки волка:
- Кто это?
- Игорь Шиманский, а там - его пара, - тихо ответил альфа Бурых.
Скорее всего, мужчина погиб, пытаясь спасти жену от некромантов. Чёрный уже видел нарисованный круг в метрах десяти от них.
- Зачем они некрам?
- Рая Шиманская была беременна… А впрочем, посмотри сам.
Они подошли к жертвенному кругу. За свои неполные сто лет Стах повидал всякое, но от увиденного даже его стало мутить. В жертвенном круге лежала обнажённая женщина с разрезанным животом. Разрез был почти ровный, окаймлённый кровавыми разводами. А сам живот странно и страшно впавший.
- Где ребёнок?
- До родов оставалась неделя-две. Некрам нужен был нерождённый младенец для ритуала.
- Что?
Волотич кивнул своему бете, и тот протянул Чёрному альфе несколько листов бумаги. Стах, сжав зубы, читал чёткие, пошаговые инструкции: “…положение тела жертвы лучше всего с пониженным головным концом, что соответствует обычному положению плода головой вниз…” Протяжный утробный вой отвлёк внимание Карнеро, сунув листок Маюрову, мужчина вернулся к Теймуру.
- Кто это?- он кивнул на волка в стороне.
- Бартоз Рукша - отец Раи.
Светловолосый мужчина, стоя на коленях, раскачивался из стороны в сторону, бережно касаясь руки мёртвой волчицы, и выл. Оборотни избегали смотреть на волка, не в силах ему помочь.