- Анетта, да ты чудо как хороша! Стах - счастливчик!
- Ой, ну что вы! – я затрепетала ресничками. – Спасибо, Яночка!
Гриса перекосило, и, не переставая улыбаться, он велел (именно велел, несмотря на мягкий тон):
- Анетта, называй меня Ян. Мне так привычнее.
Ого!
Стах, усмехнувшись, повёл нас в столовую. Весь ужин я просидела как на иголках. А попробовали бы вы изображать дуру и одновременно отвечать на так хитро сформулированные вопросы, что пару раз я спохватывалась в последний момент! Ай да Серый! Правильно отец тебя опасается… Если Карнеро прёт на таран, снося всё на своём пути, то Грис - прирождённый дипломат. Он точно знает, кому и что сказать. Улыбаться при этом или хмуриться. Повысить голос или, наоборот, прошептать, чтобы собеседник затаив дыхание внимал каждому слову. Да-а-а… Этого бы волка да в компанию императорского советника Фабре, там тоже говорун ещё тот! Послушать бы их беседу!..
- Отличное вино, Стах! Откуда привёз? Из Матам-ис?.. – Серый волк посмаковал напиток. - В империи Санос много таких мелких виноделен. Правда, Анетта?
Я уже рот раскрыла, чтобы возразить, потому что в Матам-ис нет виноградников, и вино туда привозят только для продажи, но вовремя спохватилась:
- Не знаю. Мне больше вот этот эльфийский нектар нравится.
Стах тут же подхватил бутылку и наполнил мой бокал.
- Спасибо, любимый! – поблагодарила я, стараясь не замечать пристальный взгляд Гриса.
И так весь вечер! Серый волк вцепился в меня намертво.
- А вот в Ласанге лучшие в мире сыры, правда, Анетта? Не знаешь?.. А вот в пустыне вечером окон не открыть, мошки в рот лезут. И в пустыне не была?.. Вкусное мясо! Я как-то раз в Аврее-Десетре ромштекс пробовал, вот эта вещь! Там травку местную добавляют для аромата. Магирик, если мне память не изменяет? Анетта, ты не помнишь?
Я вздохнула, откладывая столовые приборы:
- Не знаю, не пробовала. Я из Танри, и нигде, кроме нашего королевства, не была.
Стах посмеивался, но не вмешивался в этот светски отретушированный допрос. Ян тоже улыбался с лицом учёного, получившего новую партию подопытных мышей. Мне после такой проверки можно смело идти работать в разведку! А потом я перехватила игру и стала рассказывать то про жизнь в Танри, то про замечательного Сташика. И всё это задыхаясь в проклятом узком платье!
Наконец я сдалась:
- Сташик, я вас оставлю. Вам же, наверное, хочется посекретничать о своём, о мужском?
- Моя умница! – мне послали воздушный поцелуй.
Чтоб ты провалился!
В спальне, стянув платье, больше похожее на орудие пыток, я быстро надела майку, брюки и на цыпочках прокралась к лестнице. У магов отличный слух, почти такой же, как у зверей. Я прислушалась к голосам из столовой.
О-о-о, обо мне говорят!
Грис:
- …Никогда бы не подумал, что ты притащишь в логово такую дуру!
Карнеро:
- Зато как она даёт!!!
Кобелина!
Грис:
- Ну и трахал бы её в городе!
Карнеро:
- Янчик, ты не понял. Анетточка даёт всегда, в любое время суток, в любом месте, когда и где мне приспичит. Даёт так, как я хочу. Никаких заморочек, никаких капризов! Только скажи: “Анетта, в позу!” - готово! Бери и пользуйся!
Нет, ну вот скотина!
- …И голова у неё не болит. И настроение всегда есть! И от спермы моей её не тошнит, съедает всё до последней капли ещё и добавки просит! Ну как от такой сучки отказаться?!
Убью дрянь такую! Вот только тайник найду и убью!
- Хм-м-м, - Грис, похоже, заинтересовался. – А дай попробовать?
Я застыла, перегнувшись через перила: что ответит эта живая шкурка?
Карнеро хохотнул:
- Завидно стало? То-то же! – и добавил. - Потом, Янчик. Вот в следующий раз прилетишь и попробуешь. Я пока сам не наигрался.
Ну-ну! Играйся, пока можешь, скоро плакать придётся!
И я вернулась в спальню, не в силах избавиться от неприятного осадка после откровений Стаха.
Глава 3
Время шло. Я обжилась в доме зверя, и ко мне там тоже привыкли. Слуги уже знали некоторые мои привычки и старались угодить. Пенка баловала меня оладьями с ягодами, горничная Тира не забывала заваривать травы для ванны. Это было приятно. Волки стали мне доверять. Не абсолютно, а как доверяют ребёнку: приглядывают, чтобы куда не влез, но без лишней подозрительности.
За эти дни я посмотрела на Карнеро совершенно иным взглядом. Подшучивая и ёрничая, он железной рукой управлял своей стаей. Живя под одной крышей, я успела заметить, как альфа строг и жесток к нарушителям волчьих законов. Никаких поблажек, никакого прощения! Ответ на мольбы и слёзы у него всегда был один: “Ты знаешь наши порядки”. И в каких-то ситуациях я понимала оборотня. Например, когда два волка на ровном месте устроили драку. Увлёкшись, они разбили витрину, напугали какого-то ребёнка в коляске. Стах схватил их за загривки и с силой столкнул лбами. Мне показалось, что я даже увидела искры, полетевшие из их глаз. Не удивлюсь, если от такого удара черепушки треснули, как орех! Но парни только зашипели от боли и даже не пикнули в сторону альфы, а тот велел: