- Нормально.
- Я же говорил, что ничего страшного. Обычный обморок, - Карнеро недовольно следил за происходящим.
Псы зарычали на него. Волк прищурился:
- Люц, уйми своих бобиков!
Тосанг угрожающе клацнула зубами. А Карнеро ухмыльнулся:
- Один звонок – и здесь будет группа Департамента, которая разыскивает таинственных тварей, порвавших маджа Дана и маджа Гельда.
Я цыкнула на рачетсов. Именно этих военных осенью отправили на поиски Анетты Метси и именно они едва не поймали меня в Аврее-Десетре. Едва - потому что вовремя появились рачетсы. Но откуда Карнеро узнал об этом?.. Вмешалась Натали:
- Давайте не будем ссориться, собачки.
Рядом хохотнул Герв:
- Ты, милая, или уточняй, кого имеешь в виду, или я сейчас оскорбился и негодую!
Даже я не удержалась от смешка. Это немного разрядило обстановку в палате.
Альфа через силу согласился на присутствие рачетсов в своём доме, но с условием, что показываться они будут только мне и ему с бетами. Тосанг и Реранг нырнули в подпространство, а Карнеро повернулся к лекарю:
- Мы с Люцией летим домой.
Светловолосая женщина отрицательно покачала головой:
- Ты лети, а Люция останется в лечебнице.
Альфа выразительно нахмурился, но в Натали лекарь взял верх над волчицей.
- Стах, Люция останется. Я понаблюдаю за ней пару дней, заодно подлечу и подкормлю.
- Зачем?
- То есть ты считаешь, что она в отличной форме?
Мужчина насупился:
- Кости целы, температура в норме.
- Она уже полгода волчица. У неё была течка?
- Нет, - выдавил волк после минутной паузы.
- Нет, и не будет. Ты посмотри на неё. В чём только душа держится? Она весит сорок пять килограммов! – Натали осуждающе посмотрела на альфу. - У тебя совесть есть?
Оборотень недовольно посмотрел на меня, но я промолчала. В лечебнице мне будет лучше, чем дома. Как раз зашла медсестра с капельницей, и мужчины, коротко попрощавшись, ушли.
Когда мы остались одни с волчицей, я заметила.
- Ты очень дерзко говоришь с Карнеро. Он же альфа!
Натали проверила капельницу, что-то там отрегулировала и только потом посмотрела на меня.
- Я знаю Стаха с детства. Наши отцы дружили и после смерти родителей, меня забрал Ерджей Карнеро. Поэтому в узком кругу я могу позволить себе больше, чем другие.
Отвечала волчица неохотно, и я решила сменить тему.
- Что со мной случилось?
- А ты не помнишь?.. Отступники пробрались в посёлок, чтобы убить тебя, а Стах спас.
- Это Карнеро так говорит?
- Да. А что?
- Ничего. Отступники… - я замялась. - Кто-нибудь ещё пострадал?
- Нет. Они шли конкретно за тобой, - Натали отошла к окну. - Люция, вам надо что-то решать со Стахом.
- Я не понимаю, о чём ты?
Оборотница посмотрела на меня в упор:
- Не знаю, что между вами происходит. Могу судить только по случайным репликам своей пары и слухам, гуляющим по Денте. Но это ненормально! И не в характере Стаха так себя вести!.. Я знаю его с детства. Он никогда не брал волчиц без их согласия. Ни одну! Он мог обозвать, зло подшутить, но насиловать – нет…
Я прищурилась. Можно подумать, в моём характере терпеть издевательства!
- Значит, мне удалось по-настоящему разозлить Карнеро.
- Ты так и не поняла?.. Ты использовала своё женское очарование, чтобы добраться до тех проклятых бумаг. Ради них ты легла к нему в постель. Разве не так? – волчица не скрывала пренебрежения. – Ты дважды оскорбила Стаха. Обманула его как волка – раз. Спала с ним не по собственному желанию, а потому что так было нужно, и этим оскорбила как мужчину, - два.
Я молчала, обдумывая услышанное. Честно говоря, этот момент – ущемлённого мужского эго - не приходил мне в голову. Натали Санторо внимательно посмотрела на меня:
- Ты спасла моих детей. Мне неважно почему. Важно, что они живы и рядом со мной. За это я всегда буду твоей должницей. Поэтому прими дружеский совет: пора определиться, как жить дальше.
- Я хочу улететь из Денты, - выпалила как на духу.
Оборотница понимающе кивнула головой:
- Это было бы лучше для всех. Сейчас неплохой момент: Стах нервничает, значит, чувствует свою вину. Поговори с ним.
Глава 19
Я вернулась домой через несколько дней. Голова была ясной, без тумана и гула в ушах. Пенка получила чёткие указания насчёт моего питания и собиралась свято им следовать. На пару с Тирой они зорко следили, чтобы я не пропускала завтраки и обеды. На моё возражение, что есть под прицелом чужих глаз не очень приятно, экономка ставила на стол ещё две тарелки, и теперь мы трапезничали втроём.
Карнеро молча наблюдал за происходящим, но не вмешивался, не трогал и в комнатку мою не заходил. Лишь раз подошёл и обнял за плечи – а меня словно током ударило. Я сжала кулаки, исподлобья наблюдая за волком, но тот уже убрал руки и, поджав губы, ушёл. Каждый раз, слыша его шаги на лестнице, я с замиранием сердца ждала, куда он пойдёт: дальше на третий этаж или свернёт направо, ко мне? И выдыхала, только когда закрывались двери хозяйской спальни.