Я уставился на гитару.
— Как? Ты не учила меня играть.
— Это потому что я надеялась, что ты сам до всего дойдешь.
Я отпустил поводья и взял пару аккордов, как делала Фериус. Какофония получилась ужасная, но я продолжал пробовать.
— Мне надо отчасти быть и метким магом, потому что есть люди, которые упорствуют в желании меня убить.
Она кивнула.
— Справедливо.
Я как раз собирался попробовать сыграть что-нибудь на гитаре, когда почувствовал, как кто-то трогает меня за колено. Я опустил глаза и увидел на морде Рейчиса выражение, ясно говорившее, что мне грозит серьезная опасность.
— Да, — закончил я. — Возможно, надо будет научиться быть немного и белкокотом.
— В точку, — сказал он, свернувшись клубком, чтобы снова заснуть. — Если я предоставлю все вам, двоим тупицам, мы все время будем рисковать жизнью, да еще даром.
— Что он сказал? — спросила Фериус. Когда я перевел, она сказала: — Не даром. Келлен заполучил отличную новую шляпу.
Рейчис приоткрыл один глаз и, свирепо посмотрев на меня, снова закрыл.
— Пожалуй, да, шляпа крутая.
Мы медленно, но неуклонно двигались вперед всю ночь; звезды сияли над нами, песок искрился под ногами лошадей. Я неумело брал разные аккорды на гитаре, и мы по очереди пели — все, даже Рейчис. Мы придумывали нелепые песни про наши приключения, иногда хвалили друг друга. Глубокой ночью Фериус спела тихую песню о Ревиане — юноше, которого я едва знал, но смерть которого выжгла в моей душе дыру — я даже заплакал, будто и правда был хорошим человеком. По большей части, впрочем, мы смеялись над нашими похождениями, потому что если подумать, то в Семи Песках никогда не видали такой чокнутой компании психов, как наша троица. И в какой-то миг этой долгой ночи песен, смеха и слез я обрел себя.
Меня зовут Келлен Аргос. Я — идущий по пути Бесконечных Звезд.
Благодарности
Писать вторую книгу в серии — опасная дорога для любого автора, на ней могут поджидать самые разные западни и ловушки. Мне повезло — много добросердечных странников-аргоси помогли мне не сбиться с пути.
Путь Грома
Писателей всегда спрашивают, откуда они берут идеи, и по большей части мы отвечаем вариацией на тему: «Эээ… вроде как отовсюду… Ну, мы просто… следующий вопрос, пожалуйста». Однако важнее всего не просто придумать идею, но придать ей нужную форму. Свои идеи я обсуждаю с экспертами: с моей дорогой и бесконечно проницательной женой Кэтрин де Кастелл; с Эриком Торином, неизменным мастером повествования, который иногда выступает моим творческим партнером, с Ким Таф, другом и спутником.
Путь Воды
Ну вот, идеи придуманы, черновик готов, что дальше? Как я могу аккуратно (или не очень аккуратно) подправить рассказ, чтобы он стал лучше? Компасов для писателей еще не придумали, поэтому приходится искать руководства в дороге. Я признателен следующим чутким читателям за мудрость и советы:
Моему редактору Фелисити Джонсон, которая никогда не говорит мне, что именно делать, и все же я практически уверен, что в конце концов делаю именно то, что, по ее мнению, должен…
Моему издателю Джейн Харрис, которая не только придумала название для третьей книги, но и убедила меня добавить немного любовной истории в жизнь бедняги Келлена.
Джиму Халлу, хронически проницательному специалисту по драматическим ситуациям с narrativefirst.com
Неизменно восторженному (и иногда человекоубийственному) белкокоту в человеческом образе, Назии Хатун.
Мудрой Симоне Хей. Клянусь, в следующей книге драк будет больше!
Путь Камня
Есть странная магия в том, как разные нити повествования вдруг сходятся во что-то настоящее — что-то постоянное, — когда за них берутся правильные люди. Спасибо вам:
Талия Бейкер, которая помогла превратить мою неаккуратную прозу в связные предложения.
Мелисса Хайд, которая заметила не только опечатки, но и дыры в сюжете.
Сэм Хедли, за замечательные иллюстрации (и за то, что показал мне, как действительно выглядит Сенейра!).
Ник Стерн, который не только делает обложки прекрасными, но и превращает процедуру их создания в сплошное веселье.
Джейми Тейлор, за собранную воедино книгу, которую вы держите в руках.
Путь Ветра
Одна из самых печальных истин в издательском мире состоит в том, что многие книги не читают просто потому, что читатели о них не знают. К моему счастью, некоторые замечательные фанаты моей книги приложили все усилия, чтобы мир заметил Творца заклинаний: