— Как успехи? — спросил я у Рейчиса.
Повиснув на верхушке шкафа, Рейчис обернулся ко мне.
— Келлен, пещера слишком большая и всего слишком много. Может, спросишь эту штуковину у тебя в глазу, что нам делать дальше?
Я покачал головой. Я уже несколько раз пытался, но сасуцеи не отвечала. Может, ей мешали охранные чары Дексана. Я потер правый глаз и ничего не почувствовал. А может, я уже столько раз просил ее помочь, что ей стало скучно и она меня бросила.
— А как насчет всяких магических штуковин джен-теп? — спросил Рейчис.
Я едва не расхохотался.
— Ты видел, чтобы я хоть когда-нибудь творил поисковые чары?
Рейчис снова стал рыться на полках и ворчать:
— Ну помечтать-то можно или тоже нет?
Мы искали примерно час, устроив бардак в роскошном жилище Дексана, когда шар-светильник у меня в руках вдруг потух.
— Эй, подсвети, а? — сказал Рейчис.
К сожалению, мне не удалось снова засветить шар. Хуже того, я точно знал почему. Я посмотрел на красную метку у себя на ладони и почувствовал укол — Видерис блокировал мою магию.
— Я же сказал тебе, что чары выветрятся через пару дней, — сказал сам Дексан, входя в комнату. — Если бы ты подождал, может, у тебя что-то и вышло бы.
Я потянулся за порошками, но остановился, когда жжение в ладони усилилось.
— Ты снова за свое? — спросил маг. Он театрально вздохнул. — Трудно поверить, но даже после всего того, что ты мне устроил, я так и не могу тебя возненавидеть.
— Мило, — протрещал Рейчис, карабкаясь на другой шкаф, чтобы оказаться повыше, спланировать и атаковать. — Скажи ему, что это не взаимно.
— Увы, — продолжил Дексан, — я не могу позволить тебе нарушать первое правило.
Я опустил руку в карман и достал стальные карты Фериус. По крайней мере с ними Дексан ничего не сможет сделать.
— Тебе надо было стать моим учеником, Келлен, — сказал Дексан. Он сложил правую руку в простом магическом жесте, и я увидел, как слегка заблестел ониксовый браслет у него на запястье. По мраморному полу раздалось клацанье мощных когтей на четырех коротких лапах и шорох тяжелого хвоста, тянувшегося сзади.
— Отлично, — сказал Рейчис. — Он притащил своего треклятого крокодила.
49
СХВАТКА
— Знаешь, парень, в чем твоя проблема? — спросил Дексан, приближаясь к нам. Громадный крокодил следовал за ним.
— Плохо выбрал момент?
Он покачал головой.
— Самообман.
— Это почему же?
Его руки сложились в магическом жесте, приготовившись метнуть иглы-молнии, которые он использовал против домашнего мага Ревиана. Я понятия не имел, каково это — получить такой молнией, и совсем не горел желанием узнать. Он чувствовал мой страх.
— Ты все время думаешь, что можешь стать кем-то еще, кроме меткого мага, но это не так. И я — такой же маг. Мы оба изгои. Отщепенцы. У нас есть немного магии и мозги — вот и все. Стоит тебе забыть об этом, стоит подумать, что ты можешь встать на сторону аргоси или влюбиться в какую-нибудь богатую девчонку и поселиться с ней и ее папашей — и все, ты потерял свое единственное преимущество.
— Это какое же?
— Ты знаешь, как действительно устроен мир.
Он подошел еще на шаг ближе, его руки все еще были сложены в магическом жесте, а браслет на запястье снова замерцал. Крокодил открыл пасть и зашипел — и у меня все внутри похолодело.
Пока мы с Рейчисом карабкались в горы, мы в основном обсуждали, как нам справиться с этой тварью. У нас было две возможности, и обе мало нас прельщали. В конце концов выбор сделал Рейчис.
Я отступил, и быстро.
— Ты не прав, Дексан. Может, я изгой, как и ты, но я не обязан всю жизнь оставаться только изгоем.
Он с отвращением покачал головой.
— Посмотрите на него! Еще секунда — и он покойник, а он все еще отказывается признавать, что все это — вот все это, — он широко раскинул руки, словно обнимая свою пещеру, — и есть самое лучшее, на что люди вроде нас могут надеяться. Немного денег, уютное убежище, может быть, даже кое-какая роскошь, по крайней мере пока наш народ не выследит нас и не отберет все это.
— Одинокая получается жизнь, — заметил я, продолжая отступать.
— Это жизнь меткого мага, Келлен. Люди хотят или убить нас, или просто использовать. Девчонка, которая тебе так нравится. Даже если бы ты сумел ее исцелить, она просто бросила бы тебя. Зачем такой, как она, меткий маг, объявленный вне закона, проклятый Черной Тенью? А эта женщина, Фериус? Она аргоси, Келлен. Они — одиночки, все до одного. Конечно, она не возражает, чтобы ты какое-то время таскался за ней, а потом этот ее «путь» приведет туда, куда ты уже не захочешь пойти, и тогда она просто исчезнет из твоей жизни, и ты больше никогда ее не увидишь, — он усмехнулся. — Проклятье, парень, у тебя нет даже нормального талисмана. Один только белкокот, который, наверно, прикарманит все, до чего может дотянуться.