— Прости, если обидела, но ты ещё встретишь ту единственную, которая станет для тебя всем! — он не выдержал.
— Что ты несёшь? — подскачил с кровати и глядя в глаза говорил:-Как ты можешь так говорить? Ты не могла не почувствовать что я твой истинный, так почему ты до сих пор отрицаешь очевидное?
— Ты незнаешь всего! — говорю, а у самой слезы наворачиваются.
— Так расскажи! — сорвался Эрн.
— Не могу…прости! — это было для него слишком. Не говоря больше ни слова, Эрн собрался и ушёл, а я прорыдала всю ночь.
50 глава
Под утро наконец- то меня сморил сон. Мне снились кошмары, я металась по кровати и проснулась в холодном поту. Чувствовала себя как разбитое корыто!
На прикроватной тумбе стоял поднос с ужином, а за окном было темно. Есть мне не хотелось, обдумывать то что натворила вчера-тоже, иначе опять разрыдаюсь. Из комнаты выходить нельзя в целях конспирации, и я задумалась, чем заняться в четырёх стенах? Прошлась по комнате в поисках чего-то, а чего? Сама незнаю, хоть бы Ария забежала, с ней всё же веселее. Но и она наверняка уже спит, не детское время.
В какой то момент я почувствовала что малыш пинается, это было так интересно и не обычно, раньше я чувствовала что — то похожее, но сейчас это было так явно. Обняв свой небольшой живот руками начала тихо разговаривать с сыном:
— Привет малыш! Я так рада тебе! Ты будешь самый сильный, самый красивый и самый умный дракон во всём мире! — немного помолчав добавила. — Это я тебе обещаю! Жаль что папа твой не может быть с нами! Но мы с тобой сильные и всё переживём вместе! — на меня нахлынули воспоминания. И дрожащим голосом продолжила:-Малыш, папа нас любит, но вместе нам быть не суждено, уж прости меня! — слезы покатились с глаз, но мне хотелось высказаться, а кроме как с малышом, больше ни с кем не могла на эту тему говорить:-Ты скорее расти, и тогда всё у нас будет хорошо. Может быть даже когда-нибудь я расскажу кто твой папа и ты меня простишь, за то что не познал отцовскую заботу и любовь! — я не рыдала, слёзы сами текли, будто так и должно быть. В какой то момент, мне так стало себя жалко, будто безъисходность моя подруга, что в жизни на земле, что здесь.
В этот момент в комнату влетел Эрн. Увидел что всё в порядке и выдохнул.
— Не пугай меня так, я думал с тобой что-то случилось. Столько боли почувствовал, а потом пустота!
Он подошёл ко мне, обнял и меня по-тихоньку стало отпускать. В его объятиях так хорошо и уютно, что не хочется думать о плохом.
— Почему тебе так больно? — он не выпускал меня из своих рук, поглаживая, то по спине, то по волосам. — Ты не одна, доверься мне, я никогда не предам. Ведь ты бы не смогла попасть в мой дом если бы было по другому, посторонние люди не смогли бы пройти через родовую защиту, а ты смогла! Это значит только одно, ты моя!
Мне так хотелось ему всё рассказать, даже когда я его обидела, можно сказать отказалась, он не предъявлял притензий, не выставлял себя чудовищем, которое запрет меня на все замки, лишь бы быть рядом, он просто поддерживает меня и пытается узнать правду. Я думаю что он имеет право знать хоть что-то.
— Только пообещай что не будешь препятствовать моему решению? — он немного отстранился, взял моё лицо в руки и с неверием посмотрел мне в глаза. Он не ожидал что я захочу ему раскрыться.
— Только в том случае, если это будет единственный выход из ситуации! Обещаю! — и я поверила его глазам.
Отойдя к окну, встала спиной к Эрну и начала рассказ. Он молча слушал не перебивал а иногда мне казалось что я в комнате одна, на столько было тихо.
Рассказав ему о Сомире и о том что тот сделал со мной, я сама не ожидала что мне станет легче если проговорю всё в слух. Потом я рассказала о другом мире, о мире людей, где люди стареют быстро и живут мало, я будто пережила это снова, о мужьях, которых никогда не забуду, о родных людях, которые как оказалось совсем не родные, но всё таки я их люблю. И наконец я подошла к моменту перемещения в Сомир. Замолчав незнала с чего начать, в этот момент Эрн подошёл ко мне сзади и обнял.
— Все хорошо, продолжай! — и поцеловал в мокушку.
Когда я рассказывала о Моте и Дарке, чувствовала как его тело напрягается, а сердце начинает биться сильнее. Ни одному любящему мужчине не будут приятны рассказы о других мужчинах. И я ждала что в любой момент Эрн психонет и уйдет, но он держался до последнего.
Когда я закончила рассказ, мы долго стояли молча, каждый думал о своём. Я о том что можно было изменить, если был бы хоть один шанс. А Эрн переваривал всё услышанное.
Некоторое время погодя, он всё таки задал вопрос: