-Поздравляю, милый. - а лицо не выражает никаких эмоций. Эти 8 месяцев были самые спокойные в моей жизни, Влад из-за запрета отца практически ко мне не притрагивался. Правда ходил все время злой, и отыгрывался на всех остальных. Особенно на своей охране, состав которой менялся ежедневно. Весь срок врачи клялись, что будет сын, но родилась Ника и за это я расплатилась парой переломов. Но теперь это играло маленькую роль, ведь у меня было ради кого жить. Спустя три месяца после рождения дочери, Григория Ивановича подкосила какая-то болезнь, но меня это никак не печалило. Я была даже рада, что на одного Беляевского подонка станет меньше. Как-то днём, когда только я уложила Нику. Беляев старший вызвал меня к себе в кабинет. Он сидел в инвалидном кресле и как обычно курил свои вонючие сигары. Он посмотрел на меня своими такими же мерзкими глазами, как и у его сына. И прокашлявшись сказал. -Знаешь милочка страх убивает, но тебе это не грозит. Тебя убьёт мой сын. И мерзко заржал. От этих слов кожа покрылась мурашками. И сделать хотелось только одно, плюнуть ему в лицо. Но я просто вышла из кабинета, сжав кулаки так, что ногти пробили кожу. И в тот момент я решила, что сделаю что угодно, но избавлю себя и свою дочь от этого животного страха перед этими безжалостными чудовищами.
Глава 4
Первое с чем не повезло за все моё пребывание в доме Беляевых, старик от подкосившей его болезни умер через три месяца после нашей беседы. Я поймала себя ну ужаснейшей мысли, что меня радует смерть человека. И это было моё личное падение. А точнее полное уничтожение моих моральных устоев, которые падали как карточный домик. И это было только начало. Влад очень тяжело переживал гибель отца, и я это ощутила лучше всех других, когда после похорон он чуть не задушил меня в порыве ярости. А его злило все я, плач Ники, работа. Он ходил по дому и орал. -Я убью тебя! И огрызка твоего, если не заткнешь! А я молилась, чтобы моя девочка замолчала и перестала плакать. Я закрылась с ней в комнате, и пыталась её успокоить. Пока он бил кулаками в дверь. Вероника заснула спустя час. Я, закрыв её в комнате, вышла взять ей воды. И поплатилась за плач ребёнка очередными синяками. Всю ночь я пролежала на полу в гостиной, рыдая без остановки. -Не скули, вызвал айболита скоро будет. И ушёл, хлопнув дверью. Через час пришла Катерина, она была в панике и не знала что делать, а у меня не было сил её успокаивать. Она помогла мне встать и усадила меня на диван. -Теть Кать, принеси Нику её пора кормить. -Да как же? Как же ты будешь? -Неси. Всё в порядке. Через пару минут малышка была у меня на руках, я еле еле её взяла и поцеловала в маленький лобик. Она проснулась, и начала мило мне улыбаться, и я поняла только одно пора действовать. Вскоре пришёл Дмитрий, он как обычно провел осмотр и прописал лекарства. -Дим, я хотела попросить. -Что такое? -У меня с детства проблемы с сердцем, и мне всегда выписывали одно лекарство, но без рецепта его не купить. -Мы проверим твоё сердце, и я посмотрю, что тебе подойдёт. -Не надо. То есть. Влад не разрешит. Ты же знаешь? -Ладно, ты права. Я выпишу, а Екатерина купит. -Спасибо. -Не за что. Поправляйся. И опять эта жалость в глазах, как она мне надоела. Меня не надо жалеть!!! Меня спасать надо, но с этим я справлюсь сама. К вечеру тётя Катя принесла лекарства, а я уже строила планы как подсыпать лекарства , которые медленно подкосят с ног моего мужа. 6 лет до событий в прологе Влад стал брать меня на банкеты где собиралась вся элита. И это было, как глоток свежего воздуха через долгих четыре года заточения вновь начать общаться с людьми, даже с теми которые прогнили насквозь и натянули на себя лицемерные маски. Я любила ходить на банкеты они позволяли мне налаживать контакты, которые понадобятся мне где-то через год. Кончено во всем этом были и минусы, мне было нелегко прятать синяки и порой на их маскировки уходила тона косметики. Это был один из таких банкетов, кучка буржуев собралась жертвовать на детские дома, перед кучей попараций, чтобы доказать кто из них лучше. Мы с Владом зашли в огромную залу, и сразу двинулись в центр. Видимо там был кто-то, кто мог быть очень полезен моему мужу, потому что он никогда не говорил с кем-то, кто не может принести ему пользы. -Эти люди финансируют один проект, поэтому будь душкой и заткни свой рот. -Хорошо, я поняла. -Какая понятливая. Пока я шла за ним, чтобы он представил меня своим инвесторам нам на встречу выбежал мальчуган лет двенадцати. Ребенок бежал так быстро и задорно пока не врезался в меня. Он поднял на меня свои большущие карие глаза и как-то смутился -Извините. Я миило ему улыбнулась. -Ничего малыш. А мальчик так и продолжил смотреть на меня. Мне в голову пришла мысль, что ещё через пару лет моя Ника будет также задорно бегать и улыбаться всем вокруг совершенно не понимая, что происходит вокруг и я сделаю все возможно, чтоб она никогда или хотя бы максимально долго не понимала в каком мире растет. Мы шли вглубь зала, а я чувствовала на себе взгляд маленьких глаз, тогда я слегка развернулась и улыбнулась ему подмигиваю глазом, и доказывая себе и ему что все хорошо, все в порядке. -Приводят с собой спиногрызов. Что нянек нет? Это ворчание было естественным. За все время, что у нас была Ника он держал её лишь однажды. Никаких отцовских чувств, но не бил и на том спасибо. Мы подошли к его партнёрам и он расплылся в милейшей улыбке, от которой у меня появились рвотные позывы. -Михаил Дмитриевич, как я рад вас видеть и вашу прекрасную жену. Елена моё почтение. Девушка лет двадцать, которая годилась в дочки этому Михаилу, расплылась в милейшей улыбке. Дура не понимает, что за чудовище перед ней. -Ну, я смотрю ты тоже прихватил свой бриллиант. После ваших редких визитов, все только и говорит о том что ты прятал такое сокровище. Нельзя так. Я прекрасно понимала, что эти слова мне ещё аукнуться, но начать возражать значит подставить себя ещё под больший удар. -Влад, дорогой отойдем, не будем милых дам отвлекать своими, скучными беседами. Я знала, что они будут обсуждать сделку по покупке оружия на довольно крупную сумму, слышала, как этот ублюдок обсуждал сделку с кем-то по телефону. Когда они отошли, я никак не хотел терять драгоценные минуты с этой Леночкой. Она бесполезна, но если я уйду от неё и буду одна общаться с мужчинами, то вряд ли доживу до следующего утра. Надо быть умной и хитрой. -Елена, а вы уже бывали на подобных мероприятиях? А то мой муж довольно редко берет меня на них в качестве сопровождения. -Ой, да. Мы часто, но такие масштабы бывают редко. Здесь сейчас собрались все сливки общества. -Вон там стоит чета Майеров. Генрих вон тот седоватый мужчина, на втором месте в журнале Форбс. Представляете? Они кстати тут с сыном. -А правее от них Кориков, ну он так мелкая рыбешка. Держит какие-то заводики. -А вы кого-то из них знаете? -Да, практически всех. -Может предоставите меня им? Хочу помочь мужу с бизнесом, а знакомства здесь никогда не бывают лишними. -Конечно, пойдём ой пойдёмте к Элеоноре Майер. Я с ней в очень хороших отношениях. Она от меня без ума. Пока она восхваляла себя, мы шли в сторону столика. -Здравствуй, Элеонор дорогая. -Здравствуйте, ууу... -Елена. -Да, простите, совсем замоталась. Елена смутилась и быстро ретировалась, а я решила представиться. -Здравствуйте, Мирослава Беляева. Я видела как женщина посмотрела на меня с сочувствие, а потом мило мне улыбнулась и представилась. -Добрый вечер, я Элеонора. Очень приятно с вами познакомиться. Вы знакомы с моим мужем? -Нет, увы. -Генрих, это Мирослава Беляева. Мужчина, который все это время что-то печатал в своём гаджете, оторвался от него и протянул мне руку. Тогда я не знала сколько будет связанно в моей жизни с этой семьёй, но они мне очень понравились, от них несмотря на окружающий лоск веяло добротой и чем-то настоящим. Тут к ним подбежал мальчик, тот самый который врезался в меня вначале вечера. -Игорь, поздоровайся с Мирославой... -Сергеевной. -Здравствуйте, Мирослава. -Игорь!!! -Я не буду называть её по отчеству. -Извините. Дети. -Ничего, это не страшно. У меня у самой растёт дочь. Тут ко мне подбежала Елена, и, дернув меня за руку, потащил к нашему столик, я извинилась и пошла за ней. Через пару минут появились наши мужья. Они оба были в приподнятом настроении, значит сделка удалась и обе стороны были довольны. Задерживаться на вечере больше не было смысла и уже через час мы ехали домой. -Ну что дорогая, сделаешь мне хорошо когда мы приедем домой? После этого вопроса меня начало мутить, но если я хочу жить, я должна быть гибкой. Мама всегда говорила, что надо менять себя под обстоятельства. И я меняла. Пришлось мило улыбнуться, и дать согласие кивком головы. Приехав домой, мы пошли в спальню. Сегодня я чувствовала его хорошее настроение, он не ломал мне кости и не душил, а просто имел жёстко, но не опасно для жизни. В какой-то момент он начал задыхаться. Влад слез с