- Почему он не забрал твоё наследство? Я был откровенно очень удивлён, что Павловский тебя выдал замуж. Думал, притащит тебя к нотариусу за волосы через полгода, выбьет пару зубов, и ты перепишешь всё, что ему нужно на его имя. Потом он тебя бы убил или в психушку сдал.
- Ну, зачем ты так, он же меня любит! - картинно возмутилась она в ответ. - Он же ведь тебе всё предложил за безопасность сыночки? Не так ли? Глупенький ты, Север, а мой папуля и того глупее.
- Поосторожнее со словами в мою честь, дорогая жена. Я не твой папенька, их терпеть от тебя не буду.
- Я и не собиралась тебя оскорблять, просто ты на самом деле глупенький. Зачем ему убивать меня, если за него это сделает кто-то другой? Он меня держал взаперти в усиленном режиме в последнее время не просто так и не потому, что я могла сбежать, а потому что до меня могли добраться те, кому нужно то, что было у моего покойного мужа.
- И что же это? - спросил Север, уже зная ответ.
- То же, что нужно тебе, мой дорогой муж. - улыбнулась ему Кира своей ведьмовской улыбкой. - Его схрон!
Супруги буравили друг друга взглядами, будто ожидая, кто первый сдастся, Кира оказалась менее терпеливой.
- Мой покойный первый муж, земля ему стекловатой, был офигеть каким треплом, но ещё большим он был графоманом. Слухи о том, что он постоянно всё записывал, чуть ли не каждый свой день в подробностях, не слухи, это на самом деле так и есть. Я думаю, это было какое-то психическое заболевание, которое со временем только прогрессировало. Он реально всё записывал, даже в день свадьбы! Заперся в кабинете часа на два, думала там и сдохнет. - усмехнулась Кира недоброй улыбкой. - Пришлось эти записочки сумасшедшего в спешном порядке перепрятывать, пока он мёртвый на кровати валялся.
- Ты знаешь, где схрон? - чуть охрипшим от волнения голосом, спросил Север.
- Только последние семь томов, остальное я почти нашла. Ты мне поможешь и найдём вместе. Тебе ведь это нужно? Его записи одиннадцатилетней давности - твоя последняя надежда узнать правду.
Север не выдержал её насмешливого взгляда и опустил взгляд, крепче сжимая стакан с виски.
- В тот день ты ушёл из дома, поцеловал жену и детей на прощание, а когда вернулся - твой дом уже полыхал. Их сначала утопили в ванной, а потом сожгли. Никто не взял на себя за это ответственность до сих пор, хотя обычно заказные убийства совершаются из мести, и тот кому мстили всегда знает, кто передал кровавый привет. Но ты не знаешь и очень хочешь узнать. Мой муженек наряду со своими ничего не значащими мыслями и рассуждениями о жизни записывал и чужие секретики вскользь, а так как в то время он был по уши в делах Кагарлицкого, которого ты подозреваешь, то он мог знать и об этом, так ты думаешь?
- Да. - вынужден был признать Север.
- Я не знаю, где все записи того времени. Но я выяснила, кто может знать. Мне до него не добраться, но ты сможешь. - улыбнулась ему Кира. - Вместе мы найдём, уж будь уверен. Только сделай, пожалуйста, так, чтобы меня за это время не убили.
- Кто?
- Тот кому ты меня собрался подкинуть, как наживку, дорогой. Я ведь жена больше не для тебя самого, а для Кощея. - оскалилась Кира, злобно глядя на мужа. - Ты подсунешь меня ему под нос, как своё единственное и неповторимое сокровище, а пока он будет глотать наживку и пытаться меня у тебя отнять, ты его уничтожишь. Я отвлекающий манёвр, я расходный материал, который тебе не жалко. Даже если он меня грохнет, у тебя ни одна мышца на лице не дрогнет, только ему знать об этом не надо, поэтому тебе нужен весь этот спектакль с обожаемой и любимой женой, который ты уже начал разыгрывать. У тебя, кстати, хорошо получается, в твоём морозовском духе, конечно, но зато реалистично.
Север был поражён её проницательности, эта малолетка очень точно оценила своё предназначение в его плане. С Кощеем у него был слабый нейтралитет, который в любой момент мог рухнуть, и этот момент не за горами. Он наступит прямо на следующей неделе с заключением сделки на строительство ещё одного небоскрёба в Москва-Сити. Юрий Ковалевский, которого прозвали после чудесного выздоровления от неизлечимого рака Кощеем, точно нанесёт удар. Обычно он всегда целился в самое дорогое - семью, в этом плане холостяк без родственников был неуязвим.