- Что ты имеешь в виду? – спросила Таллия, которая тоже проследила эту небольшую, но значимую сценку.
- Не во всех ситуациях мы ведём себя одинаково – так, как привыкли по жизни, - пожал плечами Астигар. – Как знать, может, твой раненый отец сидит в одной ещё не исследованной мастерской и терпеливо ждёт, когда его найдут.
- Ждёт? – поразилась девушка.
- Конечно. Нас ведь слышно очень далеко.
- Но метель такая, что…
- Она же, как ни странно, разносит наши крики по всему переулку Оружейников. Ведь недаром к нам выходят все те, кто оставался некоторое время в одиночестве.
Пока насторожённо обследовали пятую мастерскую, с двух сторон внезапно раздались чуть не в унисон два крика:
- А-астига-ар!
- Та-аллия!
- Отец, я здесь!! – завопила девушка.
- Пусто, - доложил один из разведчиков, обследовавших мастерскую.
- Идём вперёд! – вновь скомандовал Астигар. – Кажется, наша потеря нас сама ищет. Свернём чуть направо – крик раздался оттуда.
А сам встревоженно оглянулся в противоположную сторону. Колдо? Почему он кричит, но не идёт к тем, кто так громко о себе заявил во дворе? Может, именно он и ранен?.. Разделиться? Оставить группу, а самому бежать на помощь давнему другу?
Но из крутящихся снежных завесей уже вышагнул высокий крепкий эльф – и Таллия мгновенно помчалась к нему. И это появление Тристанда (а за ним ещё несколько то ли эльфов, то ли человек) будто развязало Астигару руки.
- Вы, двое! – бросил он стоящим рядом. – Идите со мной!
Он снова взглянул на двоих, то исчезавших в мутной метели, то вновь появлявшихся – обнявшихся посреди двора отца и дочери. «Я найду тебя. Ведь это просто – зная твоё имя. И имя твоего отца. А пока мне надо бежать!»
Кивнув отобранным двоим, он вбежал в бесконечно движущуюся серо-белую вьюгу.
Глава 12
Гароа шёл за родителями лестницами и коридорами, ощущая себя пойманным на проказе ребёнком, который отчётливо понимает свою вину. Одновременно он чувствовал глухое раздражение: если отец хочет поговорить с ним, почему надо обязательно подниматься в семейные апартаменты? Ведь можно поговорить в любом из переходов крепости! А его родители шли медленно, с осознанием собственной величественности, как будто у них много времени. А ведь человеческий город вряд ли отказался бы от ещё одного воина на своих заснеженных и окровавленных улицах… Думая о том, что происходит в городе, Гароа забывался и порой едва не тыкался носом в величественные спины родителей. После чего с досадой усмирял своё поспешный шаг, чтобы оказаться на приличествующем расстоянии от правителя Итерри и его супруги.
Ловя себя на мысли, что он называет родителей официальными титулами даже про себя, Гароа вздыхал и с горестной усмешкой над собой то жалел, что попал им на глаза, то хмуро спрашивал себя: любопытно, что произойдёт, если он оборвёт величавый шаг родителей и дерзко напомнит им, что за укреплёнными стенами крепости, вообще-то, идёт настоящая война.
Что будет… Назовут непочтительным и неблагодарным сыном, растерявшим свою благовоспитанность в бесконечных путешествиях.
Наконец-то!.. Родительские апартаменты! Может, хоть обещанный разговор будет более кратким, нежели путь к нему?
Родители вошли и сразу направились к громадному камину. Правитель Итерри усадил жену в кресло и обернулся к сыну.
- Отец, - решился Гароа. – Я обещал вернуться в город, чтобы помочь расправиться с вампирами.
- Сядь, - непреклонно откликнулся правитель Итерри. – Разговор этот много времени не займёт, но ты должен сесть.
Поскольку в это время отец смотрел на него, Гароа смущённо улыбнулся и слегка развёл руки:
- Наверное, будет лучше, если я постою, отец. На мне уличная грязь, кровь вампиров и земля из наших подземных коридоров.
Мать покосилась на Гароа, но промолчала – с гримаской нескрываемой брезгливости на тонком, совершенном лице прекрасной женщины без возраста.
Его так и подмывало небрежно рассказать им о том, как он нечаянно в самой гуще событий встретил Астигара, который выглядел ещё страшней – хотя бы потому, что верхнее одеяние старшего брата было напрочь порвано. Однако он понимал, что без предъявления самого Астигара мать просто не поверит, что старший сын может быть так… небрежен.