Прежде чем идти в библиотеку магов – с рукописями, ревностно собираемыми как правителем Итерри, так и служащими ему магами, она набросила на плечи меховую накидку и заправила в её капюшон белые волосы: в библиотеке, знала она, всегда прохладно, а уж зимой – тем более…
Оглянувшись на полку, где за рукописями-конспектами прятался артефакт Гароа, она вышла из своих комнат и устремилась к верхнему коридору-галерее, которым и нужно добираться до башни магов. Ни разу не остановилась. Смотреть в окна? Благодаря усилиям магов, вызвавших не только снежную непогоду, но и устроивших небольшое потепление, мокрый снег залепил стёкла. Правитель Итерри приказал не убирать этот снег, хоть и была возможность. А всё потому, что, не видя происходящего за окнами легче представить, что за пределами крепости продолжается обычная, мирная жизнь. Ирати знала, что отец таким образом беспокоится о своей супруге – о матери Ирати. Госпожа Ковентина славилась своей чувствительностью. Её расстраивать нельзя. Но сегодня Ирати была даже благодарна отцу за его несколько странный приказ не убирать снег с окон. Не из-за матери, а из-за семьи старика. Из-за Эйнгил. Это хорошо, что она не видит далёких тёмных силуэтов в небе.
Хотя… Гароа объяснил, что принёс женщину с нижнего двора, где та пыталась успокоиться в заботе о раненых.
Как и ожидалось, на всём своём пути Ирати никого не встретила. Ещё бы. В их семейную башню обычно никто не осмеливался заходить, а к коридору-галерее надо было подняться именно с их этажа.
В библиотеке пусто. Все маги либо работают с защитой, либо помогают раненым в городе, охваченном войной.
Она перешагнула порог в царство книг – дверной магический сторож промолчал, впустил беспрепятственно: узнал одну их тех, кому позволено находиться здесь.
Ирати проходила мимо высоких узких стеллажей, наполненных рукописями и более древними свитками, прислушиваясь к хрупкой тишине. Цену рукописным книгам девушка знала, а потому внутренне ужасалась, думая о пожаре в человеческом городе. Рассказали о том пожаре раненые, которых приносили в нижний двор, и парой слов обрисовал ситуацию Гароа, тоже прибывший с места боевых действий. Мельком оглядывая книжные полки, Ирати чувствовала, как сжимается сердце, едва перед глазами вставала воображаемая картина: вампиры прорываются сквозь магическую защиту крепости и поджигают башни замка. Сюда, в библиотеку, тогда и вовсе не войти. Драгоценные рукописи и ломкие от древности свитки, над которыми больше всего тряслись старые маги, вспыхнут в одно мгновение – и помещение библиотеки превратится в огненную бездну…
Ирати помотала головой, отгоняя кошмарные видения: не надо думать об этом! Не надо! Слишком страшные картины создаёт её богатое воображение!
Высокий стеллаж с книгами по истории эльфийских государств находился в самом дальнем углу библиотеки. Поскольку Ирати ничего не знала о семье старика, решила начать с именного указателя, в который обычно вписывали имена наиболее известных в истории эльфов.
Коранн, Коранн… Вот он!
Тоненькая рукопись была удобна тем, что в ней коротко объяснялось, почему имя данного эльфа и за какие его заслуги вписано на её страницы. А чуть ниже давалась подсказка, в какой рукописи можно узнать подробности его жизни.
Ирати нашла нужную книгу и, засветив канделябр в три свечи и поставив его на пол, присела на приступок стеллажа. Накидку пришлось запахнуть плотней: в библиотеке было не просто холодно. От промороженных углов тянуло настоящей стужей, вызывающей озноб.
Вскоре девушка получила представление о том, почему семья старика владеет маленькой крепостью, но притом за ней сохранился довольно обширный земельный надел из лесных и равнинных угодий.
История рода Коранна тянулась из древних веков, когда эльфийское государство было единым, ещё не распавшимся на отдельные города-крепости. Последним тогда царствовал род, в котором родились три брата. Один из них, средний, и получил имя Коранн. Имя дали не просто так. Старший брат с совершеннолетия оказался не гож для правления. Его больше интересовали науки и магия. Поэтому среднего назвали Коранном – или Короной, имея в виду, что именно он будет заранее подготовлен к царствованию на троне. И всё бы хорошо, но в те времена волки-оборотни, тогда ещё не принявшие обязательства мирно сосуществовать с соседями, прельстились огромными и богатыми эльфийскими землями. Оборотни тогда были очень примитивны и с трудом удерживали человекоподобную оболочку. Но в их стаях и тогда существовал клановый закон: патриарх в многочисленной семье – вожак стаи. Старейшинам оборотней понравилась мысль заполучить прекрасные эльфийские города и все те предметы, которые облегчали жизнь в те тяжёлые времена.