Едва мельник ступил на пол с последней ступени, как наверху раздался треск ломаемого дерева, который затем перерос в непрерывный грохот. Женщины, шептавшиеся в темноте, замерли, а потом одна тихонько завыла, чем испугала детей, которые, в свою очередь, захныкали. Но и вытьё, и хныканье утонули в агрессивном грохоте, который и не думал прекращаться. Нет, снаружи не стучали. А словно изо всех сил и с разбегу бились в подвальную дверь. Мельник стоял у подножия лестницы и, задрав голову, смотрел вверх. А потом ссутулился, и Гароа видел, как тяжело опустились его сильные ручищи, безнадёжно повиснув вдоль тела. Правда и то, что хозяин-мельник топоров из рук не выпустил.
Но и холодно наблюдая за хозяином мельницы и за плачущими людьми, эльф лихорадочно искал пути выхода из ситуации. Там, наверху, твари громили в щепки второй этаж дома. В узкие оконца первого, каменного этажа они пока не решались втискиваться. Но пол-потолок слишком ненадёжный. Скоро они будут на первом этаже, а затем примутся за подвал, уже зная, что именно в нём их ожидает многочисленная добыча.
Единственным мечом, пусть даже эльфийским, здесь не обойдёшься. Гароа обернулся (шума не услышал – почувствовал движение) и одобрительно приподнял бровь: возчики и сторожа передавали друг другу крестьянское оружие, беря его со стены. Топоры, вилы, лопаты, косы – всё шло в ход. Ещё больше Гароа удивился, когда и некоторые женщины встали с корточек и решительно взяли из рук мужчин серпы и заготовки-черены для лопат или других орудий труда. Сам мельник, очнувшись от трудных дум, добавил в свой арсенал мощную цепь.
Наверху что-то оглушительно затрещало – и раздался пронзительный визг нескольких звериных глоток, перешедший в жуткое рычание.
Гароа переглянулся с мельником. Твари проломили пол-потолок на первый этаж. Пол над головами продержится дольше. А потом…
Замолчали даже дети и самые слабые женщины, прислушиваясь к грохоту и треску… В шатающемся полумраке Гароа разглядел, как угрюмо опустились плечи мужчин, пусть и напряжённых в ожидании битвы.
Теперь сверху, кроме верещания, треска и грохота, доносился скребущий звук: твари пытались когтями ломать пол. Люди и единственный эльф среди них, приготовив каждый своё оружие, ждали решающей минуты, чтобы вступить в смертельную битву обречённых.
Гароа вдруг дёрнулся. Единственный эльф?
Кажется, этот единственный эльф настолько привык к жизни среди людей, что забыл о своих природных и довольно развитых способностях. Но ведь его плечо до сих пор оттягивала лошадиная сбруя, а вместе с ней – два мешочка с овсом. Эльф быстро положил сбрую на землю, ближе к стене, и взял мешочек с овсом, развязал его.
Мгновенно подобравшись, Гароа не крикнул, но звучно спросил, с трудом перекрывая ужасающий шум сверху:
- Есть у кого-нибудь с собой что-то растительное? Зерно, фрукты?
На него глянули, как на помешанного. Но затем, кажется, до мозгов крестьян тоже дошло, что Гароа не один из них. И надежда выжить вспыхнула.
Многие из мужчин немедленно сунули руки в карманы плащей.
- Зерно, - протянул ладонь один.
- Зерно…
- Зёрна…
Между длинными крестьянскими плащами протиснулась детская ладошка.
- Яблоко, - еле слышно пискнул невидимый за одеждами взрослых малыш.
- Освободите мне место, - велел Гароа, забирая все подношения и усаживаясь прямо на землю.
Крестьяне потеснились, окружив его при том плотным кругом. В подвальном помещении было не слишком холодно, но после того как люди встали кругом, Гароа стало трудно дышать. Однако он понимал их и не стал делать замечаний, боясь паники и сосредоточившись на главном. Первым делом он выложил на землю ножны с охотничьим ножом, а затем высыпал перед собой содержимое первого мешочка, выданного ему конюхом из крепостной конюшни. Быстро размешал ладонями кучку зерна, почувствовав над головой ощутимое недоумение: зачем ему нужны были зёрна и яблоко, если у него столько зерна? Но снова внимательно следили за его руками, когда он начал втискивать в кучу овса отданные ему зёрна.
Пока Гароа помалкивал, почему он взял у здешних крестьян «что-то растительное». Время. Не хотелось тратить его на разговоры, ведь потом крестьяне увидят собственными глазами всё. Так что… Пальцами Гароа разломал яблоко, видимо очень спелое (сок брызнул немедля), на несколько кусочков и положил кусочки над вложенными в овёс пшеничными зёрнами. Наконец он склонился над зерновой горкой и, посыпая её овсом из второго мешочка, зашептал заклинания. Мужчины чуть лбами не столкнулись, стараясь рассмотреть, что происходит под его руками.