— Ты говоришь, как солдат, но ты им не являешься, — Карсон смерил её взглядом, — Либо что-то не так с твоими приоритетами, либо на счёт справедливости ты врёшь.
И это было правдой, потому что её единственной причиной был Рик, как бы глупо и банально это не звучало. Находясь на противоположной стороне, предав его доверие несколько раз… Джейд по-прежнему была готова отстаивать его интересы. Не всей Александрии. Только его.
Граймс определённо стоил этого. Стоил этой негласной борьбы, постоянных рисков, решений, принятых в ущерб себе. Стоил по-умолчанию. И вовсе не потому, что спас ей жизнь когда-то давно. А потому, что она была чертовски зависима от него в эмоциональном плане — только находясь на расстоянии, Джейд поняла, как сильно ей были нужны те обидные обвинения в эгоизме, недовольные взгляды и долгие, завуалированные в дежурную беседу, нотации.
Когда-то они злили, вымораживали, заставляли невпопад огрызаться, но сейчас представлялись чем-то настолько необходимым и правильным, что щемящее чувство в груди было не успокоить.
Без всего этого… да, пожалуй, она смогла бы смириться со всем. В Святилище было вполне сносно, разве что система начисления баллов иногда просто вымораживала.
Джейд, понимая, что Карсону знание таких подробностей необязательно, с мрачным видом ещё раз крутанулась на стуле — воодушевления это не добавило, но позволило найтись с ответом:
— Если ты говоришь, что всё это не более, чем политика… Однажды ведь придётся отдать свой голос. За кого будет твой, Эмметт?
Врач нахмурился: Джейд не догадывалась озадачила его она или почивший Спаситель, распластанный по столу с грудной клеткой навыворот, поэтому заранее была готова к тому, что вопрос проигнорируют.
— Скажем так, пока я вовсе настроен не участвовать в голосовании, — всё же ответил Карсон, отлаженным движением кисти вскрывая извлечённую на стол печень. Потом он замер, и, подняв голову, с легким подобием улыбки взглянул на неё, уже открывшую рот, чтобы вывалить давно известную информацию о том, что жизнь здесь так себе. — И твои неумелые агитации здесь не помогут: сторону выбирают не по чьей-то наводке.
Джейд закрыла рот и, тяжело вздохнув, то ли восхитилась, то ли возмутилась:
— Ты очень талантливо затыкаешь людей.
— А то! — миролюбиво хмыкнул мужчина. — У меня за плечами годы практики.
Она долго молчала, вслушиваясь в стучание стрелок часов и булькающие, иногда чавкающие звуки, которые по вине врача производило на свет тело, и всё же не выдержала:
— Эмметт, можно вопрос?
— До этого ты задавала их без разрешения, — заметил он. — Спрашивай.
— Я сижу у открытого окна и мои глаза вот-вот вытекут от запаха. Как ты можешь стоять там, копаться во всём этом и совершенно никак не реагировать? Настолько привык?
Карсон усмехнулся, и почесав подбородок о предплечье, многозначительно пожал плечами:
— Последствия травмы.
— Психологической?
— А ты всё о своём, — он улыбнулся, но в голосе всё равно угадывалось недовольство. — Нет, физической. Обоняние перестало нормально функционировать.
Джейд коротко кивнула, на мгновение даже позавидовав этой особенности — ей тоже сейчас очень хотелось бы ничего не чувствовать своим носом.
Времени прошло немало — чуть больше двух часов, если верить круглому циферблату за спиной врача — и однообразность ситуации начинала надоедать: Джейд без прежнего восхищения вглядывалась в ловкие, систематически отточенные манипуляции Эмметта и всё сильнее хотела, чтобы он уже определился с заключением.
Когда это случилось, она едва не запрыгала от радости, как, кажется, и сам Карсон:
— Вот оно, — выдохнул он измождённо. — Лёгкие.
— Что, лёгкие? — уточнила Джейд. По её мнению, это не походило на заключение, да и вообще на здравую теорию, почему человек не превратился в ходячего.
Эмметт поднял в воздух препарированную долю лёгкого и потряс ею в воздухе, буквально по буквам чеканя в воздухе невидимое «Аллилуйя». В этот момент он как никогда был похож на типичного хирурга, с их странным корпоративным юмором. Или на обезумевшего патологоанатома.
— Всё сходится, — объяснил он, заметив полный недоумения взгляд Джейд. Вернув орган на стол, мужчина, будто бы смутившись, отвернулся, проверяя содержимое таза с другими внутренностями. — Это был газ. Наш друг вдохнул его, подпортил свои лёгкие и токсин с кровью разнёсся по организму, поражая нервную систему и мозг.
Джейд нахмурилась, поскольку для неё что-то не сходилось.
— Если это был нейротоксин, то как он подпортил лёгкие?