— Я самого лучшего о тебе мнения, но всему есть предел.
Рик нахмурился, то ли собираясь продолжить гнуть свою линию, то ли серьёзно задумавшись над правдивостью услышанного. В какой-то момент Джейд показалось, что он видит её насквозь — настолько внимательно он вглядывался в её лицо, с упорством прокручивая что-то в своей голове.
— Ладно, — сдался Граймс наконец и, отойдя к кухонной фурнитуре, вытащил оттуда тёмный флакон и что-то ещё. — Давай помогу с ранами.
В небольшой бутылочке из тёмного пластика Джейд быстро опознала перекись, а во втором предмете узнала кусок ткани, видимо, ввиду отсутствия ваты и бинта, выполняющий аналогичные функции.
Ей и в голову не приходило, что Спасители могли забрать большую часть необходимых припасов во время их последнего визита: тогда всё пошло наперекосяк, Ниган был зол, и наверняка это повлекло за собой последствия.
— Нет, — осознание своей непоправимой причастности к произошедшему в тот день не позволило Джейд согласиться. Она отступила на шаг, выставив ладонь в мирном жесте. — Не стоит, Рик. Плечо обработали местные медики, а с щекой всё будет в порядке, это не смертельно.
Граймс прошествовал мимо неё, опускаясь на стул и размещая на кухонном столе свои пожитки: перекись поставил чуть дальше, а ткань положил рядом с собой.
— Это было предложение, которое не требует согласия, — он попытался улыбнуться, скрашивая напор в голосе. — Иди сюда.
Наверное, Джейд даже если бы и хотела, не смогла противиться этому решительному и категоричному проявлению заботы. Этому твёрдому, но убаюкивающему голосу. Этому внимательному, чертовски родному взгляду. Она тяжело вздохнула, признавая поражение в сражении, которое изначально было ей в радость, и покорно опустилась на соседний стул, потирая ноющие от переизбытка эмоций виски.
Глядя, как последовательно и аккуратно Рик готовит всё необходимое — отрывает от светло-бежевой материи небольшой лоскут, сворачивает остаток ткани, тянется за перекисью — Джейд не выдержала:
— Как ты можешь быть таким… — она перебрала в голове кучу слов, и выбрала наиболее подходящее, но все равно далекое по смыслу от того, что хотелось сказать. — Хорошим?
Он взглянул на неё изумлённо, сохраняя вкрапления плещущегося в глазах беспокойства, и даже застыл с тряпкой в руках, пытаясь понять, как расценивать подобную реплику.
— Тебя по голове Спасители не били? — уточнил Граймс, стараясь, видимо разрядить странную атмосферу между ними. Вышло из ряда вон плохо — судя по тому, как он отвёл глаза, вновь увлекаясь пузырьком с перекисью, он сам осознал нелепую неуместность подобного вопроса.
— Но я серьёзно, — заметила она, не обратив внимания на скользкую формулировку и углядев в ответе лишь нежелание Рика говорить об этом серьёзно. — Взгляни на ситуацию со стороны: я почти хренов предатель, могу быть здесь по указке Нигана, шпионить для него… А ты помогаешь мне зализывать раны.
— Ты бы не стала.
То, как молниеносно, решительно и уверенно это было сказано, едва не заставило Джейд вновь прослезиться: то, что он верил в неё до такой степени, казалось самой потрясающей вещью в жизни. Ей даже подумалось, что она случайно открыла какой-то новый вид единения двух людей, не описанный нигде прежде — никогда ещё дружба не была настолько… обнадёживающей и спасительной, как сейчас.
— Не стала бы, — согласилась Джейд запоздало, понимая, что этот трепет не должен помешать её попыткам донести свою точку зрения. — Но это не отменяет того, что твоя забота слишком искренняя и… правильная.
— Точно били.
— Ой, отстань уже от моей головы, — она шутливо двинула его локтем, не собираясь продолжать обсуждение этой темы, но кран с неровно выведенной надписью «чувства» было уже не закрыть: — Ты просто не видишь, что вижу я.
— И что ты видишь?
Ответ был очевиден:
— Своего друга, которого не заслуживаю ни на одну хренову секунду.
Рик, кажется, даже закатил глаза — настолько глупой ему показалась её сентиментальность. Он неопределённо вздохнул, откручивая крышку на перекиси, и явно медлил с ответом — последний не подразумевался, но Джейд видела, что он последует. Об этом прямо кричали напрягшиеся плечи и сжатые в тонкую линию губы, а ещё беспокойный, печальный взгляд Граймса, напоминающий огромную глыбу тающего арктического льда.