Немного неловко показывать, что она умудрилась напортачить даже в таких мелочах, поэтому Джейд запахивает верх куртки, делая вид, словно изначально задумка состояла именно в этом. Ниган, наблюдающий за «стриптизом в обратную сторону» со странной полуулыбкой, осуждающе хмыкает:
— Ну ты и безрукая.
Она кривится, но молчит: силы спорить погребены слишком глубоко, и достать их не так-то просто. Усталость накатывает волнами, и во время одного из приливов Джейд кажется, что, оказавшись в кровати, она проспит больше суток без единого сновидения. И это при том, что она встала около трёх часов назад, ощущая себя вполне выспавшейся! Наверное, это новый рекорд Нигана по вытягиванию из человека жизненных сил. Мелкий гадкий энергетический вампирёныш!.. Который делает шаг вперёд и несильно бьёт Джейд по рукам, скрещенным на неисправной молнии. И чего только хочет добиться? Она без возражений опускает руки, и заторможенно наблюдает, как мужские пальцы пытаются договориться со своенравным бегунком: с нажимом тянут его вверх, но, убедившись в бесполезности тактики, пытаются плавно сдвинуть в обратном направлении. Зрелище — Ниган, помогающий ей по-нормальному застегнуть свою куртку — настолько фантастическое, что Джейд, сохранив способность испытывать сильные эмоции, удивилась бы. Но она выдохлась и не хочет замечать никаких странностей.
— Мне можно будет попрощаться? — вопрос слетает с языка сам собой. — Пожалуйста.
— Не могу понять, ты спрашиваешь или умоляешь?
— И то, и то, пожалуй.
Тихий металлический лязг — это Нигану удалось совладать с молнией. Он дотягивает застёжку до уровня ключиц, почти полностью замуровывая Джейд в недрах своей куртки, и, нарочито безразлично пожав плечами, отвечает:
— Да прощайся, мне то что.
Пока они идут на выход, Ниган крепко держит её за локоть, будто она в любой момент может упасть, и за это следует быть благодарной, поскольку без опоры Джейд так и норовила бы грохнуться. Координация движений с самого утра ни к чёрту, с такими-то потрясениями.
В другой руке лидера Спасителей красуется Люсиль: она не требует к себе внимания, как обычно — шипы в этот раз направлены в пол, но покачивается синхронно с движениями весьма опасно, будто намекая, что её обладатель всё же зол где-то в глубине себя.
На улицах Александрии очень жарко — печёт так, что в пору доставать купальник и пытаться подрумянить своё исполосованное шрамами тело. Может, дело в солнечных лучах, что сегодня не соперничают ни с одной тучкой, или в отсутствии ветра, но Джейд пеняет исключительно на кожаную куртку, которая теперь — под тяжеленными взглядами как Александрийцев, так и Спасителей — уже не кажется настолько офигенной. Лучше бы голой вышла, честное слово.
Рик, к которому они неспешно (Ниган будто бы выгуливает свою новую собачонку и хочет похвастаться ею перед всеми соседями) приближаются, стоит спиной. Рядом с ним — обеспокоенная Мишонн, что всё пытается добраться до простреленного плеча Граймса, и, хмурясь, что-то с расстановкой говорит. Она первой замечает двигающуюся к ним парочку и, умолкнув на полуслове, движением подбородка намекает обернуться. Джейд видит настолько сильную враждебность в этом жесте, что уместно предположить: Мишонн мечтает прямо сейчас поделить её на равные части своей катаной. Это — к слову — было бы очень кстати. А вот Рику, кажется, нет никакого дела не до внешнего вида Джейд, не до неё в целом — делая пару шагов навстречу, он смотрит исключительно на Нигана. В каждом движении плескается такая решимость, что даже узнавать не хочется, к чему это может привести.
— Он не станет никому вредить, — первым делом заверяет Джейд, мечтая немного сбить запал Граймса и избежать чего бы то ни было. Но такая уверенность требует уточнения, и она, виновато опуская глаза в землю, продолжает: — В этот раз.