Джейд тоже это чувствует: приближающийся провал ломаной вибрацией звенит в каждой мышце. Она отворачивает лицо, мечтая спрятаться от взгляда, что выносить нет никаких сил. Ниган, то ли видя в этом приглашение, то ли просто добивая, целует её у основания уха — выходит это так крышесносно, что тело сотрясает беззвучное хныканье, а окончательный проигрыш становится на шаг ближе.
Ей нужно сфокусироваться на чём-то ещё. За эту странную мысль Джейд цепляется как за спасительный жилет, когда взгляд натыкается на потолок. Потолок комнаты успел стать по-своему родным, но ещё никогда она не была настолько ему рада. Прекрасного бело-серого цвета, с небольшой неровностью, отвратительной лампой и… Когда Джейд всё же замечает над своей головой трещину, что не могла разглядеть целую неделю, вздох разочарования слетает с её губ вместе с удушливым стоном. Лопнувшая побелка разделена совсем небольшой линией, но Джейд она видится огромной расщелиной. Сраным провалом. Масштаб катастрофы соизмерим только с личностным коллапсом.
— Хочешь немного анализа? — едко интересуется Ниган. Его голос, шипящий у самого уха, оказывается совершенно некстати, а горячая волна дыхания порождает ровный строй мурашек, бегущих по шее. — Твоего любимого, что б его, анализа. Женщина, которая не хочет, чтобы её отымели, ведёт себя совершенно иначе. Либо превращается в хренову фурию, либо в бревно. Ты же так пыхтишь, чтобы я не дай бог не решил, что ты хочешь меня… Ёрзаешь, стискиваешь зубы, кровь приливает к твоему лицу, — смешок. — И не только лицу.
Это удар ниже пояса в буквальном смысле — озлобленный толчок пальцев там, внизу, приводит к полной дезориентации, что длится всего секунду. За ней накатывает настолько сильное и совершенно неконтролируемое ощущение вожделения, что становится одновременно тошно и так до ужаса хорошо, что Джейд даже забывает о своих терзаниях по поводу потолочной несовершенности. Её губы кривятся в попытке удержать внутри то ли звук, то ли слово, но сквозь них всё равно прорывается что-то тихое, скорее осязаемое интуитивно.
Когда Ниган снова начинает говорить, в голосе его грохочет осуждение:
— Ты мокрая как портовая шлюшка из дивизиона «не жалко пустить по кругу», но строишь из себя ни разу не ёбаную монашку, — должно быть, это та часть, где Джейд должна оскорбиться, но у неё нет на это сил. К тому же, он по-своему прав. Так убийственно прав, что за это хочется расцарапать ему лицо. — Знаешь, что я думаю по этому поводу?
По тому, как многозначительно затягивается пауза, легко догадаться, что Ниган ждёт какой-то реакции. В тишине звук собственного сбитого дыхания, норовящего перейти в гимн проигрыша, слышится Джейд невыносимым. Она прикусывает губу и отрицательно мотает головой, надеясь, что это подтолкнёт лидера Спасителей распинаться дальше и немного сгладить остроту этого удушливого звука, вылетающего из её рта. Этого оказывается достаточно. Он давит свою привычную лыбу и с удовольствием признаётся:
— Выглядит умопомрачительно. Такой упрямой суки у меня ещё не было.
Это ощущается как подсечка. Что-то абсолютно лишнее, идущее в разрез с правилами, неуместное. Ниган должен был сказать совсем не это, и Джейд злит подобный выбор слов. В первую очередь потому, что они физически давят. Режут тело в каких-то немыслимо болезненных точках. Глаза жжёт, и ей приходится смаргивать непрошенные слёзы, цедя сквозь дрожь в голосе:
— Кусок говна.
— Ты даже не представляешь, — согласно кивает Ниган, и голос его настолько похож на кошачье мурлыканье, что это скорее оно, нежели привычная речь.
На самом деле любой, кто знает человека по имени «Ниган» прекрасно осведомлён, какое он дерьмо, но это слишком длинная фраза, чтобы Джейд удалось сказать её не запнувшись вскриком, что сдавливает горло. Она невольно ёрзает, стараясь сгладить остроту ощущений, но этим недальновидным движением делает ярче собственный пожар — на секунду кажется, что она сама подставляется под движение пальцев и организм воспринимает это как сигнал: сознание затуманивается ещё сильнее, а лёгкие изнутри рвёт стон, чтобы сдержать который приходится окончательно пожертвовать ритмом дыхания. Джейд хрипит как паровоз и исступлённо закрывает глаза, надеясь, что это каким-то образом поможет. Чёрта с два.