Выбор этот кажется странным. Джейд думала, что она предпочтёт сидеть рядом со своим мужем и оберегать его от своенравной леди с остро наточенной косой, а не бегать по битому стеклу, ища в огромном здании одного из двух медиков, но так даже лучше: сама Джейд едва ли сможет быть достаточно скоростной, чтобы привести помощь.
— Только… — Вивьен заминается, задерживаясь лишь на мгновение. — Держи его за руку, ладно?
— Чего?
— Чтобы он чувствовал, что нужен здесь, — сейчас не время для чёртовых сантиментов, и Джейд выполняет абсурдную просьбу только ради того, чтобы девушка быстрее ушла: она переплетает свои пальцы с пальцами Нигана, предварительно вытянув из них Люсиль, и демонстративно поднимает его безвольную руку вверх, безмолвно упрекая стоящую напротив: «ну, теперь ты довольна?» Вивьен, судя по всему, довольна. Она упархивает из поля зрения (всё ещё на каблуках!) со скоростью, которой позавидует сам Соник¹.
Вот таким образом Джейд остаётся наедине с собой, и в гулкой тишине вновь поддаётся самобичеванию. Она выбита из колеи. Волоком вытащена из зоны комфорта в убого недружелюбный мир, в котором не умеет существовать без чьей-либо поддержки. Была у Рика хоть одна причина, чтобы так поступить? Столько времени он боролся за неё, подставлял плечо в нужный момент, и теперь предпочёл выбросить на обочину с такой лёгкостью, будто это ничего ему не стоило.
Заднюю стенку горла жжёт подступающий кашель, вызванный скорее необходимостью оправдать слезящиеся сверх меры глаза. Бессознательно Джейд сжимает прохладную ладонь Нигана, тут же болезненно усмехаясь этому глупому порыву тела. Хочется найти утешение. Невольно. Правда, даже если бы он не валялся в бессознанке, то поддержки и понимания она всё равно бы не дождалась — Ниган каждой своей чертой противоречит и первому, и второму. Тем более, у него даже с натяжкой не выйдет воспроизвести обманчиво тёплое расположение Рика Граймса, на которое Джейд подсела похлеще, чем заядлый наркоман. Тут в игру вступает известный парадокс: тот, за кого ты готов получить пулю, оказывается тем, кто держит пистолет.
Она качает головой, обрывая пущенные по кругу мысли, и выпускает из пальцев руку Нигана. Официально сдаётся, не собирается слезать с одной иглы на другую. Другая ладонь зачем-то всё ещё пытается зажать рану, но Джейд убирает и её — наваждение и безоговорочное подчинение чарам Вивьен рассеивается, а на смену ступору приходит цинизм с щепоткой здравого смысла и обиды.
Ей не приходится себе напоминать о том, какие токсичные эмоции и сколько ненависти к этому мужчине живут под кожей, ровно как и не приходится напоминать, через что он заставил её пройти. В памяти крепко сидит всё это, не вытащишь никакими клещами. Глобальное и таящееся в мелочах, смешанное в причудливом порядке, где объятия стоят на одной полке с физическим насилием и расцениваются как нечто одинаково ужасное, оно не покидает Джейд даже тогда, когда она сталкивается с неожиданным сценарием. Да, дьявол подбит и истекает вполне себе человеческой кровью, но он не перестаёт быть дьяволом, отравляющим существование всех вокруг.
Она без намёка на дрожь в грудной клетке смотрит, как ниже жгута кровь снова начинает проступать чуть живее, но, несмотря на преисполненность отвращением к этому бессознательном куску дерьма, стянуть злосчастный ремень не решается. Пускай Спасители лишатся своего лидера, и пускай это произойдёт буквально у неё на руках, но только из-за невмешательства, а не намеренного действия. Джейд и без того сделала свой максимум, и больше не пошевелит и пальцем. Пусть жизнь или смерть Нигана будет на совести Вивьен, Карсона, судьбы, кармы, Вселенной — кого угодно, только пусть оставят её в покое и разберутся как-нибудь сами.
Как ни крути, а принимать решения она не любила, не любит и не будет любить. Ответственность — её Ахиллесова пята.
Эмметт Карсон вырастает перед глазами неожиданно: видимо, Джейд неслабо так ушла в себя и проморгала момент, когда врач пересёк двор и оказался рядом. В руках у него пластиковый ящик для инструментов под завязку набитый содержимым — выглядит весьма аутентично, будто бы полноценная машина скорой помощи приехала на вызов, сверкая проблесковыми огнями. Сам Карсон вопросительным взглядом требует краткого синопсиса ситуации, но Джейд, увы, похвастаться нечем. Она молчит и по поводу неожиданной для всех атаки на Святилище, и по поводу фонтанирующего кровью Нигана. Лимит полезности, как уже говорилось, на сегодня исчерпан.