Из здания, которому Спасители успели вернуть былой вид — восстановить погнутый забор и разобраться с ходячими поблизости, выбегает очередной неизвестный индивид. Невысокий и широкоплечий, он быстро оказывается рядом с машиной и, сжимая в руках пистолет, небрежно направляет его куда-то в голову Джейд, требуя выложить всю подноготную, пока у него случайно не дрогнул палец на курке. Видимо Ниган, после восстановления склада, распорядился направить сюда кого-нибудь более толкового, чем тех «двух идиотов, просравших рацию».
— Эм… — необходимость озвучить причины визита вызывает определённые затруднения, и Джейд не придумывает ничего умнее, чем опустить стекло, кивнуть в сторону заднего сидения и обозначить: — Свои.
У неё ещё будет полно времени подумать над этим ужасающим «свои» и прочих социальных ролях, а пока приходится выбраться из авто вслед за Карсоном и пронаблюдать за процессией транспортировки Нигана. Мужчины справляются с этим шустро, будто эта бессознательная груда мышц весит всего ничего: лицо Эмметта врачебно сдержанное, а неназванный Спаситель скорее встревожен наглым визитом без предупреждения и лидером в спорном состоянии. Джейд же интересно знать, как выглядит её лицо, стянутое, по ощущениям, невнятной эмоцией.
Осторожно шевеля ногами, будто боясь улететь со своих каблуков и расшибиться в лепёшку, она следует вглубь склада. Молчаливым наблюдателем застывает в дверном проёме. Сердце, что продолжает биться настораживающим ритмом, бултыхается и отдаётся гулким стуком в висках. Утомляет. Хочется закрыть глаза, устроиться в каком-нибудь мягком кресле и подремать минут пятнадцать-двадцать. Вместо этого взглядом абсолютно без фокуса она следит за всеми манипуляциями Карсона и состоянием его пациента. Движения грудной клетки Нигана теперь практически неразличимы, черты лица кажутся острее, поскольку кожа белая настолько, что воспринимается полупрозрачной мембраной, а зрачки — это понятно исключительно благодаря настороженно поджатым губам Эмметта, когда он откладывает от себя крошечный фонарик — плохо реагируют на свет или не реагируют вовсе.
Покопавшись в чемодане, медик всучает своему названному помощнику ампулу со шприцем, предлагая набрать несколько миллилитров, а сам пытается приладить интубационную трубку. Джейд не совсем понимает необходимости последнего, но счастлива, что её в кои-то веке оставили в покое и не пытаются включить в состав реанимационной бригады.
Мужчины тихо, но напряжённо переговариваются: говорит, в основном, Карсон, когда даёт инструкции или тихо бормочет что-то наподобие «да чтоб тебя», но иногда вклинивается второй, менее скупой на эмоции голос, с лёгким британским акцентом уточняющий услышанное или требующий более подробных указаний. Нигана бессовестно лишают штанов и куртки, загоняют в плечо содержимое шприца, ещё раз шатают в горле трубку — всячески пользуются тем, что дьявол временно неопасен и воспрепятствовать издевательствам над собой пока не может. Закончив с подготовительным этапом, Эмметт перебирается поближе к эпицентру проблемы, копается в ране пинцетом, ища пулю или же оценивая «жизнеспособность» перебитой артерии.
Джейд открывается прекрасный обзор с её наблюдательной позиции, а потому становится нехило так дурно, когда мозг зачем-то пытается представить это ощущение. Ощущение ледяного пинцета, скользящего вдоль живой плоти, пролезающего вглубь тела и копошащегося внутри. Её передёргивает, немеют кончики пальцев, в виски пуще прежнего ударяется пульсация сердца. Тошнота заявляет о себе спазмом в желудке. В столь пошатнувшемся состоянии Джейд делает одну из самых умных вещей в свой жизни: неспешно наклоняется, игнорируя головокружение, и снимает обувь. Ноги и без того подгибаются в коленях, и ей совсем не хочется, в случае чего, добавить к высоте падения несколько дюймов от злосчастных каблуков.
Эмметт Карсон цокает языком и вновь обращается к содержимому своего чемодана: он роется в нём раздражённо, можно сказать в контролируемом бешенстве, и скоро часть медицинских препаратов и инструментов оказывается на полу, а с самого дна извлекается поблёскивающий холодным металлическим блеском скальпель.
— Это ещё зачем? — интересуется Спаситель, которого Джейд чисто для себя теперь решает называть, следуя намёкам его акцента, Британцем.
— Расширю рану, — терпеливо отвечает Эмметт. — Будь на подхвате, возможно понадобится помощь.