Слишком много всего разом таранило его голову.
Рик, неопределённо мотнув головой, всё же нашёл в своих мыслях основополагающую проблему:
— Думаю, где нам брать припасы. Если они снова решат приехать без предупреждения… нам пока нечего им предложить. Нужно готовиться к вылазке, а уже завтра следует выдвинуться — тянуть с этим не стоит.
— Я могу пойти с тобой, — то ли спросила, то ли предложила Мишонн, недовольно хмурясь. Ей всё ещё тяжело давалась мысль о том, что теперь они вроде как в рабстве, но, даже не смотря на это, она по-прежнему оставалась человеком, на которого Рик мог положиться.
Он, крутанув в последний раз фонарь, отложил его подальше, чтобы не было даже малейшего соблазна продолжать это неблагодарное занятие вместо чего-то полезного.
— Да, — одобрил Граймс её идею. — Пройдемся по окрестностям, если ничего не найдём — есть смысл готовить более масштабные экспедиции и двигаться дальше обычного.
— Хорошо. И… на счёт Дэрила с Джейд. Паршиво, что они там, но… — Мишонн видно очень хотелось поделиться своими соображениями. — Дэрил с твоих слов пока держится молодцом, да и Джейд уже давно не ребёнок. Они справятся.
Рик кивнул. В Дэриле он ни на секунду не сомневался, а вот способ «справляться», которым увлекалась Джейд, не вселял особого оптимизма.
***
Два месяца назад на одной из вылазок он наткнулся на неё совершенно случайно. Совершенно. Позже Рику ещё не раз придёт в голову, насколько ироничны бывают цепочки случайностей и как ловко они соединяются воедино.
Отогнувшись от намеченного маршрута из-за стада ходячих, марширующих с востока, он был вынужден свернуть с асфальтированной дороги на просёлочную грунтовую тропинку. Чуть меньше десяти минут петляний по ней закончились выходом к ветхому домишке, который с огромной натяжкой мог считаться фермерским. Скорее всего раньше это было отделением лесничества или прибежищем одинокого старика, но чем бы оно не было — сейчас дом напоминал развалюху, с трудом сдерживающую натиск порывов ветра.
Это было плохое укрытие, поэтому Рик сомневался, что найдёт там кого-то живого и на всякий случай пистолет держал наготове.
Изнутри здание казалось ещё старее, чем снаружи. Повсюду валялось битое стекло, издающее неприятный хруст под ботинками; разодранные провода свисали с потолка; куски обоев с разводами и ржавыми потёками отставали от стен, вывешиваясь в проходы; под прогнившими до дыр плинтусами копошились сороконожки.
Свернув в первую же комнату, Рик замер, сражённый открывшимся зрелищем, но быстро взял себя в руки и вскинул оружие.
В углу в луже крови сидела сгорбившаяся девушка. Опущенная голова висела как у марионетки, а взлохмаченные волосы закрывали лицо. Одна рука была пристёгнута к слабенькой на вид трубе наручниками и она же обильно кровоточила, пропитывая густой тёмно-вишнёвой кровью закатанный рукав тонкого ворсистого свитера. С расстояния в пару метров Рик с трудом различил в этом кровавом потоке тянущийся от запястья до середины предплечья глубокий порез, бесспорно, нанесённый осмысленно.
Но наручники ставили в тупик. Зачем? Ради того, чтобы никого не сожрать после «перерождения» в ходячего?
Рассуждения прервались мыслью, что девушка совсем скоро превратится, если этого ещё не произошло, но тихое бормотание, издаваемое ею, немало удивило Рика.
Жива.
Видимо, он пришёл почти сразу после того, как она сделала порез.
Что конкретно суицидница говорила, было не разобрать — может быть, она даже читала молитву, потому что бормотания выходили слишком монотонными, будто заученными.
Граймс двинулся к ней, ещё не совсем понимая, что собирается делать в такой ситуации. Доска под его ногами жалобно заскрипела, словно ей сломали позвоночник и девушка вздрогнула, словно ощутила тоже самое. Она подняла голову и уставилась на Рика огромными от ужаса глазами — так обычно выглядели в фильмах те, кто увидел приведение.
— Да вы, блин, издеваетесь! — всё её негодование, похоже, вылилось в эту короткую фразу. Фразу, которая стала последним осмысленным высказыванием, озвученным ею. Глаза быстро затуманились, а губы снова зашевелились, порождая неразборчивые бормотания, в которых смутно угадывалось чьё-то имя.
Рик не очень раздумывал, стоит ли вмешиваться в ситуацию — действуя на автомате, он принял решение помочь. В тот момент это казалось вполне правильным, пускай и не совсем очевидным.