В подтверждение нежелания сюсюкаться Ниган выпускает из рук воротник, чтобы одной рукой грубо потянуть Джейд за волосы, запрокидывая её голову и вынуждая смотреть ему в глаза, а второй найти обожжённое плечо и стиснуть его поистине крепкой хваткой. Стон боли, переходящий в негромкий крик, а в последствии превратившийся в утробное шипение звучит очень хорошо. Звучит как предельно весомый повод пойти навстречу.
На этой сладостной ноте их прерывают: два дебила, объединив усилия, всё же оттаскивают Нигана в какой-то суматошной недоборьбе. Эмметт продолжает держать его со спины, а Оливер моментально линяет вперёд, загораживая своим дрыщеватым телом Джейд — такое ебанутое зрелище не представишь, даже если захочешь.
— Защитничек хуев, писька ещё не выросла, чтобы влезать в дела взрослых, — вполне неподдельно бесится Ниган. — Свали, пока я не разозлился.
— Мы все на взводе, — рассудительно замечает Карсон, выпуская его, но всё же ошиваясь очень близко на случай, если вспышка агрессии повторится. — Стоит решить, что делать дальше, а не бросаться друг на друга.
— Она что-то знает и, если потребуется, я достану ответы силой, — безапелляционно заявляет Ниган, уже без прежней ярости, лишь с холодной констатацией факта. Он в самом деле готов на многое, чтобы узнать о готовящихся под носом диверсиях, кротах и прочих перебежчиках.
Джейд — поднимите руки, кто удивлён — естественно об этом известно. Она снова крутится в прежних компаниях, которые, может, даже собирает сама своими агитационными речами. С этой дрянью, виднеющейся из-за плеча Оливера, Ниган пересекается взглядом. Её глаза на мокром месте, такие едко осуждающие, что на секунду почти становится стыдно. Так, в его представлении, смотрят люди, которые отдали тебе почку, но так и не дождались благодарности. Или женщины, у которых жених сбежал за минуту до свадебной церемонии, куда были приглашены все родственники, друзья и коллеги с работы. Ниган не догадывается об истинной сути этого взгляда, но не позволяет как всегда сочной эмоциональности Джейд взять на ним верх — с демонстративным отвращением вытряхивает из пальцев клок её волос, не спеша продолжать физическую или словесную экзекуцию, растягивая тяжесть момента. Он готов ко многому, разум рисует более десятка способов вытащить правду, но Джейд не выдерживает и того, чем они располагают: она умудряется расплакаться на ровном месте, причём расплакаться по-настоящему, почти взахлёб, и тут же спешит покинуть комнату, прижимая ладонь к лицу и ужасающе кривя перекошенный рот.
— Я тебя не отпускал, — как всегда твёрдо говорит-приказывает Ниган, но на деле из голоса куда-то девается та сила, вынуждающая других безоговорочно подчиняться.
Джейд даже не утруждает себя тем, чтобы остановиться, только мычит что-то похожее на:
— Пошёл к чёрту, — и позорно убегает. Через пару секунд громко хлопает входная дверь.
И что, скажите на милость, это сейчас было? Брови сами сдвигаются к переносице, когда Ниган ищет хотя бы толику логичности в этой буре бессмысленно сменяющихся эмоций. Шаблонность Джейд убого примитивна с одной стороны, но в тоже время состоит из кучи маленьких, противоречащих друг другу клише, выглядя сложно. Такого вроде бы и не бывает — нельзя настолько остро и криво реагировать. Нельзя и всё тут.
Он готов догнать и придушить её. Просто для того, чтобы она, нахрен, не мучилась.
— Что ж, а теперь вернёмся к делу, — как ни в чём не бывало говорит Ниган, будто только что закончил страдать маловажной херней и теперь готов к работе. Без Джейд соображать будет куда легче. Он потирает ладони, прогоняя остатки замешательства. — Когда мы сможем вернуться в Святилище?
— Лучше подождать пару дней для надёжности, — отзывается Карсон. — Если у нас с Оливером не начнут проявляться симптомы в ближайшее время, то можно возвращаться. К тому же, с такой кровопотерей лучше не нагружать себя лишний раз, — Эмметт как никогда строгим взглядом намекает прислушаться к его рекомендациям. — Нужно отлежаться, Ниган. Это врачебное предписание, и я бы очень посоветовал следовать ему.
Проблема любых врачей, начиная от высококлассных специалистов, заканчивая ветеринарами из самых отдалённых частей страны, состоит в том, что они думают, будто их кто-то слушает, когда они говорят сделать примочку из выжимки жопки бобра или пить на ночь чай с мятой. Никому нет, не было и не будет дела до таких мелочей, что в условиях нормальной жизни, что в апокалипсис. Пора бы уже вкурить в эту закономерность и перестать выносить окружающим мозг своими непрошенными рецептами: Ниган ведь не видит ни одной существенной причины «отлёживаться». Он чувствует себя сносно, несмотря на ранение твёрдо стоит на ногах, недостаток крови отдаётся только пеленой общей слабости. Ничего критичного. Почти каждодневное его состояние после подъёма с постели.