— Спасибо тебе.
Правило номер один: если вы лежите на смертном одре, начинайте без разбору благодарить своё окружение, даже если его половину составляли разношёрстные сволочи. Говорите «спасибо» предателям, лгунам, соперникам, врагам и даже друзьям из числа самых ненадёжных. Правило номер два: лелейте надежду, что правило номер один поможет заслужить индульгенцию экспресс-методом и вас возьмут в рай.
Джейд, хоть она и стоит одной ногой в могиле, стремление к источению благодарностей непонятно, оно выталкивает за рамки здравого смысла целиком всю ситуацию, которая изначально казалась более-менее.
— Даже уточнять не стану, какую чушь ты придумала, чтобы повесить на меня нимб, — с усмешкой разбирающегося в этом деле человека говорит она, — это лишнее. Благодари тех, кого действительно хочешь благодарить. Меня давай пропустим. Мы обе знаем, что ты мечтаешь столкнуть меня с лестницы ещё с первого дня моего нахождения здесь.
— Ни с первого… — Робко откликается Вивьен. — Мне было всё равно по началу, но я упустила момент, когда…
Она умолкает, прокрутив свои стеклянные глаза вниз, как если бы испытывала сложности в подборе выражений или стеснялась озвучить их. Потом мнёт зубами нижнюю губу. Шумно втягивает воздух носом, с дискомфортом ежась. Голос её надломленный, измождённый — такой бывает только у живых, что осознали свою участь стать мертвецом.
— Когда Ниган стал уделять мне много внимания, — подсказывает Джейд, пытаясь донести, что ничего постыдного в этом нет. Когда-то ревность Вивьен казалась такой бессмысленной фантазией больного человека, что теперь даже странно обнаруживать в себе понимание и рассудительность.
— Да. Я до сих пор злюсь, что ты за жалкие пару месяцев вызываешь у него больше интереса, чем я когда-либо. И я всё же хочу поблагодарить тебя. Во время нападения никто из жён не выразил опасения, что Ниган может пострадать. Эта мысль пришла только к нам в головы, и только ты рванула к нему.
Вот почему в тот день Вивьен так странно смотрела на неё: она решила, что Джейд рвётся под пули ради лидера Спасителей, и ревность вперемешку с признательностью съедали её изнутри. Чёрт, как же глупо выходит… Приходится получать благодарности за то, чего делать не помышлял, да и, собственно, не делал. Наивность и безоговорочная преданность мешает Вивьен смотреть на ситуацию приземлённо, и разбивать её розовые очки не стоит, не сейчас, когда она на смертном одре и огромная волна разнообразных чувств засасывает её с головой. Джейд участливо кивает, делая вид, будто всё в самом деле выглядело именно так.
— Не знаю, осмелилась бы сделать такое в одиночку. Наверное, я бы до посинения стояла там и тряслась… А твоя смелость побудила меня двигаться тоже, и вот во что это вылилось — мы нашли и спасли его. Представляешь? Если бы не мы, Ниган был бы уже мёртв. Мы потеряли бы его! — В тусклых глазах на секунду загорается знакомый фанатичный блеск, но он тут же теряет фокус. — Я всегда буду относиться к тебе как к любовнице своего мужа, но не могу отрицать, что благодарна тебе. В этот раз ты сделала для него очень много, и только это имеет значение.
Хвалёная стокгольмская отдача. О ней пишут в каждом втором учебнике, но в настолько запущенной форме она встречается так редко, что известна скорее как расхожая байка в кругу психиатров, нежели реальный симптом. Вивьен больна, но теперь это не вызывает брезгливой отрешённости или чего-то вроде: Джейд больше не может осуждать эту девушку за чувства к Нигану — Дьявол кроется в деталях и всегда находит способ вызывать нужду в себе. Раз это сработало даже с ней, почему не должно было сработать с другими?
— Я хочу взять с тебя обещание, — заявляет Вивьен тоном сварливой жёны, требующей с сожителя отказа от алкоголя во все дни, кроме праздничных. — Это покажется чушью, но пообещай, хорошо?
— Что именно?
— Позаботься о Нигане, — произносит она настолько тихо, что вначале Джейд кажется, что она ослышалась. Увы. — Останься он вдруг без Люсиль… Он же будет совсем один, понимаешь? Сейчас у него есть бита, подчинённые, дела Святилища, целая куча людей под боком, но если что-то пойдёт не так… Будь рядом, не позволяй ему справляться с этим в одиночку, — с каждым словом голос Вивьен становится все громче, он перестаёт напоминать просьбу и превращается в требование. — Вытаскивай его, борись за него, тащи на себе, если потребуется.
— Ты понимаешь, о чём просишь? — Шипит Джейд, даже из уважения к умирающей не способная примерить роль, к которой так тяготеет Вивьен. Ни за что. Ни за что она не позволит кому-то влезать в их с Ниганом деструктивные отношения и превращать их во что-то мерзко слащавое. Если он останется без биты, она скажет, что он это заслужил. Если Рик Граймс ворвётся в Святилище и спалит его дотла, то она с радостью посмотрит, как надоевшее здание полыхает, а яркие языки пламени отбрасывают причудливые тени на всё вокруг. По-другому не будет. Даже если Нигана лишат всех его шестёрок, отберут всё, кроме личности, она посчитает нужным сказать, что это чертовски неплохая расплата за все его прегрешения.