Лицо Нигана, к удивлёнию, транслирует снисходительность, мягкость. Просто за гранью. Пальцы собираются в кулаки, лелея надежду размазать все эти странные эмоции по его лицу, но исполнять задуманное не торопятся — слишком уж подозрительной выглядит сия картина.
— Грубо, Джейд, — заключает он очевидное, наклоняется чуть вперёд, просто ужасающе претендуя на её личное пространство, — попробуй ещё раз.
— Попробуй ещё раз не быть таким мудозвоном! Как знать, может, получится хотя бы сейчас?! — парирует она, переходя на громкость, близкую к визгу. Тело реагирует само, без её ведома и наказа отступает назад, сжимается пружиной, готовое броситься в бой в ближайшую же секунду. От физической слабости и безрассудно-резких движений темнеет в глазах, и Джейд, покачнувшись, опирается о стену, в миг теряя весь запал для дальнейших военных действий. Сдавленным голосом просит: — Оставь меня в покое, а? Док сказал, что я сейчас ровно посередине между смачным бэд-трипом и состоянием, где могу сыграть в ящик быстрее, чем ты успеешь в который раз сказать «а ну извиняйся, сука». Мне и так достаточно хреново.
Вероятно, ей намного, НАМНОГО хуже, чем просто хреново, но Джейд уже усвоила, что идея плакаться о своём плохом самочувствии бессмысленна в своём корне — разбившиеся «очки» вполне внятно донесли их истинное отношение друг к другу. Нигану банально всё равно. Как он там говорил? «Если все относятся к тебе как грязи, то только потому, что ты в самом деле этого заслуживаешь»? Голова ватная, тупая, дословно этих обидных слов вспомнить не удаётся, но Джейд прекрасно помнит свою обиду, что перекрывает дыхательные пути даже сейчас, спустя столько времени.
— Побочный эффект неудавшегося суицида, — вместо сочувствия ожидаемо следует едкая колкость. — Неожиданно, что обосраться.
— Да не пыталась я… — будто бы пристыжено оправдывается Джейд, ловя себя на мысли, что это уже второй раз за последний час, когда она вынуждена объяснять, что не планировала накладывать на себя руки. Хреново, когда ты прослыл истеричкой с настолько нестабильной психикой, что все окружающие по умолчанию приписывают тебе суицидальные наклонности по делу и без. — Просто оказалось, что сочетать алкоголь с некоторыми лекарствами — затея из разряда «такое себе удовольствие».
Ниган, в отличие от Карсона, не бросает упрёков в том, что с образованием Джейд такие вещи следует знать как дважды два, лишь тяжело вдыхает, словно не имеет ни малейшего понятия, как на такое реагировать. На мгновение даже кажется, что ему не наплевать.
— Нахрена ты вообще сидишь на них?
Только взгляните, что за святая простота! Всё это время Джейд и не смотрит на своего мужа толком — перед глазами до сих пор наполовину темно, да и нутро ощутимо противится зрительному контакту — но тут вынуждена среагировать, поднять глаза лишь для того, чтобы убедиться: он спрашивает абсолютно серьёзно. Губы, сомкнутые в линию, наклон головы, взгляд — всё кричит о неподдельном непонимании. В такие моменты хочется провалиться сквозь землю от осознания, что её переживания для других просто пшик.
— Ты серьёзно спрашиваешь у меня, почему я сижу на колёсах? — взмахивая руками, вновь повышает голос Джейд. Это сильнее её во много раз. — Даже не знаю. Поводов для этого то у меня вообще нет, правда?!
Повисшее молчание с налётом тихого противоборства требует выдержки и хладнокровия — собственно всего, чем Джейд не располагает. В таком взвинченно-убитом состоянии она чувствует, как Ниган постепенно начинает выходить из себя, и смотрит во все глаза, ожидая, пока разразится очередное буйство. Не знает зачем, просто хочется. Встряски. Удара. Крика. Взмаха Люсиль совсем близко с лицом. Остро заточенного ножа возле шеи. Пальцев на ней же, что отнимали бы последний кислород. Чего угодно, лишь бы пробрало до кончиков волос, рассекло пополам медикаментозное опьянение, вынуждающее быть апатичной и такой эмоциональной одновременно.
Факт: Джейд была бы рада, если бы Ниган прямо сейчас вытащил из-за пазухи вторую руку Рика Граймса. Это бы добило её, но тогда, по крайней мере, всё было бы кончено.
— Не бесись, — наперекор всему спокойно осаждает Ниган.