— А тебе-то я когда дорогу успела перейти?! — голос звучит так, будто она веселится, но Джейд недоумевает. В самом деле, она не помнит ни единого конфликта с Мэгги, однако та вознамерилась сводить какие-то свои счёты.
Перед ответом — пинок ногой в солнечное сплетение.
— Гленн, мой муж, — в стальном голосе Мэгги ни единой эмоции. — Помнишь его? Ниган разнёс ему голову той ночью.
Конечно, она помнила Гленна. Они, как и с остальными членами группы, не были особо близки, но этот азиат один из немногих производил впечатление непредвзятого человека с башкой на плечах. Только это не отвечает на поставленный вопрос.
— Ты что, ёбнутая? — шипение Джейд из-за боли походит на змеиное даже чуть больше, чем шипение самой змеи. Она заходится кашлем и выплёвывает логичное: — Я тут при чём?!
— При том, что легла под этого подонка, стоило ему поманить пальцем! — отчаянная злость, горячим потоком слов выливающаяся наружу, даёт понять, что внятно побеседовать им не удастся. — И даже не использовала это, чтобы отомстить.
— За кого я должна была мстить? За твоего мужа? — какой же это бред в самом деле! — Какое мне до него дело?
Мэгги сама плохо тянет на Мать Терезу, оттого бредовее её осуждение, которое не входит ни в какие рамки. Выхватывая пистолет, она резким движением руки наставляет его на Джейд.
— Абрахам и Гленн мертвы, а ты кувыркалась с чудовищем, убившим их, чтобы держать свою задницу в тепле! — дуло немного ходит из стороны в сторону. Судя по всему, руки Мэгги дрожат от охвативших её эмоций.
Джейн Дуглас была права, когда говорила, что любая александрийская шавка захочет откусить от Джейд кусок побольше. Неизвестно, чего жёнушка Гленна хочет добиться: то ли в злости пристрелить её прямо тут, то ли использовать как винтик возмездия, оттащив поближе к Нигану и покончив с ней на его глазах. Очевидно, что ничего хорошего в планах Мэгги нет, и Джейд теряет терпение оттого, как свободно кто-то чужой рассуждает о перенесённых ею трудностях. «Держать задницу в тепле», это что вообще за глупость такая?! В отличие от всех этих тварей, что прятались за спиной Рика, она была в самом пекле. Одна. И даже если она провалилась, даже если начала спать с Ниганом и получать от этого какое-то извращённое удовольствие, никто не смеет судить об этом и тыкать в то, что и без того причиняет неудобство.
Джейд плевать, что эта скорбящая по потерянной любви истеричная сука наставляет на неё пистолет — в конце концов, Мэгги не единственная, кто теряет кого-то на этой войне. Ниган и Рик могут потрошить друг друга в эту самую минуту, пока они тратят время на тупое выяснение отношений и пререкания о тех, кто давно мёртв. А когда речь идёт об этих двоих, белом и чёрном, так явно разложивших её жизнь на цветовую гамму, в Джейд намертво выключается инстинкт самосохранения.
Из своего наполовину сидячего положения она бросается на таран — бросается прямиком в ноги, обхватывая чужие бёдра чуть повыше коленей двумя руками, как если бы хотела очень-очень крепко обнять кого-то, и рывком тела заваливает Мэгги на спину. Пистолетный выстрел, просвистевший мимо и улетевший намного выше предполагаемой цели, выдирает из ушей любые звуки, оставляя пульсирующую в тон ударам сердца тишину. Острой коленкой Джейд прилетает по зубам, она в свою очередь карабкается вверх, чтобы вцепиться в руку с пистолетом и не позволить осуществить очередной выстрел. Мэгги уделает её и в рукопашной схватке — очевидно, что в этом вопросе она куда более прокаченная и умелая, — но огнестрел стоит сразу вывести из уравнения в виду его особой травмоопасности.
Сильное жилистое запястье выкрутить непросто: Джейд прилагает максимум силы, но из-за активного сопротивления едва справляется, поэтому приходится помочь себе, схватившись ещё и за корпус пистолета, который Мэгги никак не хочет отпускать. Если та сейчас дотянется до курка и нажмёт на него, то может ненароком отстрелить Джейд пальцы. Вот такая весёлая у них потасовка.
Когда удача наконец-то начитает сопутствовать в задуманном, Мэгги решает сделать ход конём. Головой, если быть точнее. Её небольшой, но больно уж крепкий лоб врезается в лицо Джейд с силой, соизмеримой разве что удару на скорости сто километров в час. Куда именно она попадает — не разобрать, ведь по швам трещат все-все сочленения костей черепа. Пульсирующая тишина в ушах оборачивается треском барабанных перепонок, перцовым жжением в глазницах и смутным ощущением падения. Мэгги лёгко отпихивает её в сторону.