Чьи-то сильные, липкие от пота руки хватают Джейд сзади. Она не успевает и шевельнуться, не успевает начать отбрыкиваться, когда её голова оказывается в захвате между мускулистым плечом и предплечьем мужской руки. Удерживая в таком положении, требуется всего три секунды и один резкий рывок для того, чтобы сломать шею. Осознание этого заставляет вытянуться по струнке, стать полностью обездвиженной, чтобы, не дай бог, не дать повода.
— Подкрасться со спины вздумала? — хрипит чей-то голос ей на ухо, и Джейд прямо сейчас не может вспомнить, кому он принадлежит.
— Подкрасться?! Я стою тут почти сорок ёбаных минут, — в панике и злости визжит она, опуская ладони поверх напрягшихся мышц, из-за которых захват выходит таким тесным и удушающим. Глупо думать, что кто-то станет её слушать.
На шум реагирует Рик — признаться, Джейд только и хотела, что привлечь его внимание, ведь это единственное, способное ей помочь. Обернувшись, он мажет взглядом по ней, а после зыркает на того, кто удерживает её. Но ничего не говорит. Поднимает перед собой окровавленную руку и медленно сжимает её в кулак, словно видит и управляет собственным телом впервые. Лицо его почему-то потерянное — кажется, он вообще не видел ни Джейд, ни того, кто её держал, хотя секунду назад смотрел прямо на них. Сейчас же его голова повёрнута в сторону.
Приходится скосить глаза, чтобы проследить за направлением его взгляда. На холмах, где ещё совсем недавно стояла она, теперь стоят люди — явно не все из тех, кто принимал участие в сегодняшней бойне, но и явно больше, чем жалкая пара человек. Там и Спасители, и Александрийцы. Джейд умудряется разглядеть Дуайта, который не понятно на чьей стороне воевал, и Майка, который стоит рядом с Мэгги, поддерживая ту под локоть. Видимо для того, чтобы не спалиться, ему пришлось разыграть роль учтивого спасителя, который пришёл уже после того, как Мэгги вырубили, и помог ей прийти в себя.
Рик смотрит на них всех — какое-то решение, мечущееся в его голове, требует тщательной оценки. Когда она проведена, Граймс делает шаг вперёд, взмахом окровавленной ладони указывает себе за спину и говорит:
— Спасите его, — а после смотрит на Джейд. Секунду. Две. Три.
Она знает, что это решение принимается не ради неё; здесь она как лошади пятая нога — нахрен не нужна, но всё же глубокое тёплое чувство благодарности затуманивает разум. Рик всё тот же. Он умеет быть выше вещей, которые притесняют и ущемляют его. Понимает, где должна оканчиваться месть. Джейд даже теряет злобу из-за того, что он не вытащил её из захвата кого бы то ни было — злость растворяется в сладостном спокойствии, чувстве истинной завершенности. Рик поставил Нигана на место. Заставил истекать кровью на коленях, на глазах у всех, но не забрал жизнь, одновременно и унизив ещё жестче и острее, и проявив несказанное милосердие.
Отвлекаясь на свои эмоции, которые впервые за сегодня сугубо положительные, Джейд не сразу замечает, что из толпы никто не выходит, дабы исполнить просьбу Рика о спасении Нигана. И она не знает, что с ними не так, почему именно это решение они так хотят оспорить. Хотя последнее, конечно, знает, просто не хочет в этом признаваться. Позабыв о захвате, в котором находится, Джейд рвётся вперёд сама, мол она способна осуществить все необходимые спасательные действия без чьей-то помощи. То, как в этот момент забывается о дрожи, с которой она в прошлый раз перетягивала его раненое, фонтанирующее кровью бедро, стоит занести во все-все книги будущего, ведь это настолько показательно, что можно ставить в пример.
— Не так быстро, — выплёвывает человек, который её держит.
Смутно Джейд начинает понимать, кому принадлежит хрипящий голос, звучащий прямо возле её уха. Неприятный и пренебрежительный, от него её всегда трясло. Дэрил.
— Блядский ты гадёныш, лучше бы Ниган притопил тебя в том унитазе, который ты убирал в Святилище! — отчаянно плюётся рядом Джейд, пускай и понимает, что делает себе только хуже.
Какое-то мимолётное, неуловимое движение, и вот её голова уже запрокинута и обездвижена в таком положении. Хруст шейных позвонков достоверно объясняет, насколько ситуация близка к перелому шеи.