У Рика не было желания разгадывать шарады и проникаться хитровыдуманными метафорами.
— И что это должно значить?
— Подумай, — посоветовал Ниган беззлостно, с трепетом разглядывая Люсиль. — Сложи два и два, все нужные карты уже у тебя на руках.
Граймс прекрасно понимал, что ничего конкретного не идёт ему в голову — такое бывает у многих людей, которым дают загадку и угнетающе стоят над душой, ожидая, пока она будет решена. Он уже собирался сознаться, что по-прежнему не видит никакой логической связи между реальностью и литературными образами Нигана, когда обратил внимание на Джейд. Червячок сомнения медленно прогрызал мозг.
Она стояла как каменное изваяние, угрюмо уставившись на свои ладони. Опущенные плечи казались напряжёными сверх меры, а застывшая на секунды грудная клетка теперь часто вздымалась. Она боялась.
Мысль ещё не до конца оформилась в его голове, но мозг уже усердно подгонял её составляющие — вот почему Джейд выглядела виноватой, избегала зрительного контакта и говорила с ним натянуто.
Она с ними.
С ним.
Это ударило больнее, чем Рик хотел признавать. Хлестануло наотмашь, подло, со спины.
— Джейд?
Граймс не знал, что отражалось на его лице, когда он позвал её, желая убедиться в собственном предположении. Злость? Растерянность? Непонимание? Джейд на секунду подняла взгляд и тут же по-настоящему растерянно отвела его. Спрятав руки за спину, она не смогла так же ловко спрятать дрожь в своём голосе:
— Не осуждай, прошу, — всё, на что её хватило. — Только не ты.
Должно быть, именно осуждением были стянуты лицевые мышцы — Граймс не был уверен в этом, но такая версия определённо имела место быть. Он мотнул головой, пытаясь сбросить с себя это едкое чувство, но оно оставалось непоколебимым, вгрызаясь всё сильнее. Хотелось задать тысячу вопросов и одновременно с этим не хотелось слышать на них ответы. Обступивший его вакуум был слишком притягателен.
Как, почему это произошло, сама ли она приняла это решение или её «попросили»? — Всё это сметалось, рассыпалось в песок перед сутью. Теперь она была с ними.
— По-моему, ему вообще всё равно, милая, — Ниган, должно быть, ждал от него другой реакции, которую Рик чисто физически не мог дать прямо сейчас. К счастью, показавшаяся в поле зрения Оливия, немного сбила спесь с этого ступора — Граймсу пришлось взять себя в руки и отложить собственные чувства на потом.
— Какие люди! — оживился Ниган, тоже заметив знакомое лицо. Ломаная улыбка на его лице стала ещё более дикой. — Приветик.
Джейд «шугнулась» в сторону, позволяя своему лидеру переключить внимание. Она остановилась рядом с Риком и, неловко скрестив руки на груди, облокотилась спиной об одну из машин.
Теперь по-особому странно было находиться с ней рядом.
Граймс не знал, что думать обо всей этой ситуации, как относиться к человеку, которого считал своим другом. Она не была привязана к нему цепями и могла выбирать свой путь самостоятельно, особенно под гнётом Спасителей, но… от мысли, что это могло быть трезвое, осознанное и сугубо добровольное желание, бессилие и обида обжигали желудок.
И пока Ниган энергично приветствовал подоспевшую Оливию, Рик покосился на Джейд. Синяки на её лице казались ещё более багровыми с этого ракурса, контрастируя с размытыми серыми пятнами под глазами, а плохо стянутые регенерацией красные полосы лопнувшей кожи тянулись вдоль скулы.
Таким образом её убеждали вступить в их общину?
Эта мысль почему-то прибавила энтузиазма.
— Это он?..
— Что?
Граймс мысленно чертыхнулся и, проклиная отстранённость Джейд, был вынужден тратить драгоценное время на идиотские объяснения. Он протянул руку, вроде бы даже собираясь коснуться наиболее расплывшегося кровоподтёка на её лице, но вовремя осознал свои действия и ограничился легким взмахом ладони. Джейд поджала губы, то ли разгадав его первичный порыв, то ли поставленная в тупик сутью вопроса; немигающим взглядом следя за Ниганом и Оливией, она равнодушно пожала плечами:
— Какая разница?
Рик кивнул, но выражаемое этим согласие вышло каким-то растерянным. Правда ли она была со Спасителями? Сколько в этом желании примкнуть к победителям было искренности? Смятение сменилось любопытством — теперь ему хотелось это знать. Пожалуй, даже намёка бы хватило, но Джейд оставалась непреклонной, с несвойственной прилежностью избегая даже малейшего зрительного контакта.