— А по-моему кого-то просто косоёбит из-за Рика, — заявил он со странной улыбочкой. — Бедняга смотрел на тебя так, будто ты намотала его яйца на кулак.
Он хохотнул.
— Наконец-то его ебучее выражение лица «я-всех-покрошу-в-салат-при-первой-возможности» сменилось на что-то более подходящее.
Джейд скривилась, ощутив вполне очевидный укол вины — наконец хоть какие-то нормальные эмоции начинали пробираться в её голову. Даже после того, как Рик узнал о предательстве с её стороны, он всё равно пытался поговорить — в своей манере, со странной обеспокоенностью и волнением выспрашивал, откуда взялись синяки на лице и боевой раскрас в целом. Он был слишком… хорошим для человека, которому ткнули металлической зубочисткой в спину. Она ни на одну грёбаную секунду не заслуживала такого отношения. Особенно, после того, что сделала с Райаном.
Джейд ощущала, как печёт глаза — в этот раз это были слёзы. Явно запоздав, они собирались наверстать упущенное.
— Грязный приём, — она горько улыбалась, пытаясь смягчить собственное желание расплакаться. Смотреть на Нигана было тяжело, поэтому пришлось бездумно пялиться на приборную панель. — Но, в общем-то, именно поэтому я говорю, что это было умно. Ты не только наказал меня — это, как видишь, не сильно меня волнует, но и перекрыл возможные пути отступления. Так сказать уверился, что, если я каким-то чудом решусь сбежать, идти мне будет некуда.
Умолкнув на секунду, Джейд устало прикрыла глаза и потёрла лоб, после чего с отпечатком полной обречённости на лице закончила мысль:
— Рик не простит мне того, что я сделала.
Только высказав свои умозаключения, она поняла, как на самом деле они звучали. Отчаянно — как крик о помощи человека, которому уже не помочь, и растерянно — как негласное требование убедить в обратном. Джейд искала сочувствия и утешения в Нигане — подумать только, до чего она докатилась. Но между тем, это было лучше, чем молчать и раз за разом выслушивать это издевательское:
«Ты в порядке, Энни?»
Разговор помогал всегда. И если бы в этой чертовой машине был бы кто-то ещё — Джейд не искала бы поддержки у Нигана. Но здесь их было только двое — он и она, ограждённые от внешнего мира пыльными стёклами и растворившиеся в размеренном, убаюкивающем шуме двигателя. И ей очень была нужна помощь.
— Да, его это задело… — размыто согласился Ниган. Ни интонация, ни выражение лица не содержали столь необходимого Джейд участия. — У его девки член больше, чем у него. Меня бы тоже такое коробило — это довольно унизительная херня для мужчины.
Ей очень захотелось дать ему пощёчину. Залепить с такой силой, чтобы рука потом болела ещё пару дней. Пожалуй, сильнее только хотелось залепить пощёчину себе, как негласное обвинение в слишком хорошем мнении о Нигане — нужно было быть последней идиоткой, чтобы всерьёз ждать от человека такого толка утешений или хотя бы поддержки.
— Можно, пожалуйста, не переводить хоть что-то в генитальную тему? — вспылила Джейд. Подобный взгляд на происходящее просто убивал её.
— О, я задел твои чувства? — с издёвкой хохотнул мужчина. — Какая жалость.
Она закатила глаза, прекрасно понимая, что заранее проиграла, что обмен любезностями ни к чему не приведёт. Скрестив руки на груди, Джейд пару раз моргнула и втянула в себя спёртый воздух — настроения болтать с Ниганом уже не было, но стоило умолкнуть в голове сразу же начал клубиться знакомый мотив. Как же сложно было выносить эту резвую, буйную мелодию… Пришлось пересилить себя и вновь начать разговор:
— Что ты собираешься делать со своей женой? Которая, ну, — она приставила два пальца к своей голове, имитируя инцидент, произошедший в Святилище. — Имя вылетело из головы.
Ниган удивлённо взглянул на неё и, пространно пожав плечами, решил уточнить: