— Ва-а-у, — протянул Ниган, и его восхищение вышло некстати правдоподобным. — Да ты хладнокровная мерзавка! Не скажу, что меня можно записать в число твоих фанатов, но, судя по всему, это было о-о-очень безумно и круто.
— Ты не видел моей истерики после — это точно было не хладнокровно, — вздохнула Джейд, протирая глаза ладонью.
Ниган взглянул на неё вдумчиво, как-то по-особому серьёзно, пытаясь то ли просветить насквозь, то ли просто задумавшись о чём-то своём, и только после затянувшегося молчания задал вопрос, который напрашивался с самого начала:
— Ты ненавидишь её?
Думать над ответом долго не пришлось — Джейд всегда заставляла себя разбираться в собственных чувствах до того, пока на них кто-нибудь укажет. Медленно кивнув, она снова устремила свой взгляд на Нигана, но в этот раз понимания и поддержки не искала:
— Ты даже не представляешь, — многозначительно согласилась она. — Это довольно глупо — ненавидеть мертвеца, но я хороша в этом.
— Не сомневаюсь.
— Твоя очередь, — напомнила Джейд, скрестив дрожащие от переизбытка эмоций руки и нервно поглядывая на ливень за окном. Монотонный стук капель не очень уж и успокаивал, скорее приводил в состояние, близкое к беспокойному сну под высокой температурой.
Мужчина чуть ссутулился — она не заметила бы этого, не вглядывайся так пристально в его фигуру — потом щёлкнул языком, раздражённо, будто никак не мог собраться с мыслями. И, признаться, это ожидание и затянутость ответа интриговали только сильнее.
— История менее прозаичная, чем твоя, — сразу предупредил Ниган, задумчиво глядя куда-то в сторону. — Мы с Люсиль, ну… Многое пережили. Всякое бывало, иногда совершенно безумное дерьмо, иногда — в меру сносное. И она выходила из этого дерьма как королева, всегда умела переломить ситуацию в свою пользу… Иногда ей даже не нужно было ничего делать — она приходила, крутилась поблизости, и проблемы как-то рассасывались.
Было любопытно наблюдать, как человек, который обычно не лезет за словом в карман, осторожничает, подбирая подходящие выражения. Ниган не то, чтобы открылся с какой-то новой стороны, но определённо обнажил чуть-чуть больше настоящего себя, чем обычно. Упустить в этом карнавале искренности хотя бы крошечную деталь было непозволительной тратой момента попусту.
— Удивительная способность — будучи вроде мягкой, иметь такой стержень и так ловко глушить всё хреновое своим обаянием, — продолжил он, грустно улыбаясь. Поняв, что это выглядит как-то через чур сентиментально, Ниган снова посерьёзнел: — Люсиль — это не совсем мой скелет, это…
Он подался вперёд, нервно описывая круги большими пальцами над сцепленными в замок руками, и закончил мысль только тогда, когда с издёвкой поймал заинтересованный взгляд Джейд:
— Моя бита.
Вначале она отреагировала крайне сдержанно — недоумевающе подняла бровь, ожидая, пока этот, якобы смешной каламбур, будет продолжен нормальным рассказом; только когда до Джейд дошло, что Ниган больше не собирается говорить ничего по теме, она ощутила явный укол злости.
— Мы договорились, что ты рассказываешь мне о женщине, — произнесла она, чеканя слова. — При всём уважении и всё такое, но твоя бита колышет меня в последнюю очередь.
— Как грубо с твоей стороны, — картинно скривившись заявил лидер Спасителей. — Повезло, что она этого не слышала — моя девочка очень обидчивая, иногда даже слишком.
В Джейд просроченным и изрядно отсыревшим фейерверком громыхала ярость — до безобразия обидно и унизительно было поведать свою грязную историю и не получить ничего взамен.
— Хватит, — потребовала она. — Можешь сколько угодно делать вид, что наделяешь неодушевлённые предметы качествами живых, но это не так. Вернее, может и так, но не без причины. И причина вполне себе очевидна.
— Почему ты думаешь, что она вообще была? Люсиль-женщина?
Джейд взмахнула руками, задаваясь вопросом, почему снова ведётся на чертовски очевидную игру, протекающую под чужим флагом, и воскликнула:
— Потому что!
— Ух, ты такая аргументированная…