- Ну это у вас нужно спросить. Кто-то просит у детей, кто-то продаёт квартиру. Кто-то берет кредит. Тот кто хочет выжить решает сам, где взять деньги.
Оплатив обследование, на ватных ногах женщина вышла на улицу и пошла не разбирая дороги. Она весь день бродила по городу, остановилась на набережной, долго смотрела на спокойную гладь воды, и думала о своей жизни. Ей было трудно принять мысль о том, что теперь она должна найти огромные суммы денег на лечение или просто ждать смерти. Но больше всего её пугала неизвестность - сможет ли она справиться с этой задачей?
Она вспомнила свою жизнь, как будто прокручивая фильм перед глазами. Вспомнила детство, когда всё казалось простым и понятным. Вспомнила, как мечтала стать учительницей, но судьба распорядилась иначе. Муж умер рано, оставив её одну с маленьким сыном. Тогда ей пришлось работать на двух работах, чтобы свести концы с концами. Сын вырос, и сбежал, оставив одну с тоской и ужасом, в неизвестности, жив ли он вообще.
Тётя Маша всегда считала себя сильной женщиной. Она привыкла справляться с трудностями сама, не надеясь на чью-то помощь. Но сейчас она чувствовала себя уязвимой и беспомощной. Денег, особо у неё никогда не было. Когда она жила одна, хватало на скромное существование. С появлением в её жизни Кирилла, дела пошли веселее. Но она никогда и ничего у него не просила. Ей довольно было того внимания, которое она получала. А он никогда не приезжал с пустыми руками: то продуктов привезёт, то денег. Продавать дом? Он не стоит таких денег. Брать кредит? А кому потом платить, если здоровье подведёт? И опять все мысли сходились на том, чтобы попросить помощи у Гели с Кириллом. А этого тётя Маша не хотела.
На набережной было тихо, лишь изредка проезжали машины и раздавались голоса прохожих. Тётя Маша присела на скамейку и закрыла лицо руками. Слёзы текли по щекам, но она старалась сдерживать рыдания. В этот момент ей хотелось просто исчезнуть, забыть обо всём, что случилось.
Но внутри неё всё равно жила надежда. А может быть, врачи ошиблись, и всё не так страшно, как кажется?
В голове тёти Маши была только одна мысль «не быть обузой». Тут зазвонил телефон.
- Слушаю, - на автомате ответила тётя Маша. - Да, Кирилл, я на набережной.
- Слава Богу, я до Вас дозвонился. Ждите меня я сейчас приеду.
Кирилл отключился, а тётя Маша посмотрела на телефон. Тридцать пропущенных вызовов от Гели, Стаси и Кирилла.
- Простите меня, мои милые, но я не хочу быть обузой и не могу принять такую помощь. Это слишком большая сумма. - шептала она себе под нос.
Казалось решение есть, вот оно перед ней. Вечер, людей нет. Нужно просто войти в воду. Тётя Маша встала и пошла вперёд к воде. Она медленно входила в воду, по щекам катились слезы, а в голове звучал смех Никиты. Она уже по пояс была в воде, когда чьи-то сильные руки подхватили её и потащили назад, на берег.
- Не надо, я должна это сделать. Я не могу стать обузой - без остановки повторяла тётя Маша.
-Тётя Маша, да вы с ума сошли? Что вы делаете? - Кирилл вытащил сопротивляющуюся женщину на берег. - Тётя Маша вы же верующий человек! Да и о внуке вы подумали? Любую проблему можно решить, мы поможем!
Но женщина , как в бреду повторяла "Я не могу стать обузой"...
Поняв в чем дело, Кирилл отвёз тётю Машу в ту же клинику, где когда-то лежала Геля. На его счастье в тот день дежурил Арсений Кузьмич. Быстро расспросив, что Кирилл знает о произошедшем, Арсений Кузьмич забрал пациентку и ушёл вместе с ней в кабинет. Кирилл позвонил Геле, чтобы успокоить.
- Геля, я нашёл тётю Машу. Она жива, но немного не здорова. Я отвёз её к Арсению Кузьмичу, как что-то узнаю, позвоню.
Кирилл набрал другой номер.
- Сергей Алексеевич, здравствуйте. Это Кирилл Серебряков. К вам сегодня должна была подойти женщина от меня, Мария Андреевна, моя тётя. Она была у вас?
- Здравствуйте, Кирилл. Нет, Мария Андреевна так и не появилась. Я уже собирался вам звонить, но вы меня опередили. - Сергей Алексеевич секунду помолчал и добавил - Надеюсь с ней все в порядке?
- Да в общем - то не совсем, но я разберусь, что произошло. Спасибо вам.
Спустя почти два часа врач наконец вышел к Кириллу.