Как вид, они мало дискриминировали своих сексуальных партнёров, даже если сами были убеждёнными расистами. Видящие слишком походили на людей, чтобы их совсем исключили из меню. И вообще, даже если видящие и люди имели предубеждение против сексуальных связей друг с другом, время от времени все равно случались бы изнасилования, пусть даже как простая демонстрация силы.
Рано или поздно, хотя бы одно из таких изнасилований привело бы к…
— О, они предостаточно занимались сексом друг с другом, — сказала Ярли, печально улыбаясь. Щёлкнув языком, она вскинула тёмную бровь. — Существовала обширная всемирная индустрия, основанная на сексе видящих и людей, Мануэль… это даже если не считать того секса, который происходил по обоюдному согласию. Нет, я хочу сказать, что видящие и люди не могли производить потомство. Там, откуда я родом, это было невозможно и физически, и генетически. То есть, это вообще никогда не происходило. Я не слышала ни об одном таком случае. Вообще. За сотни, даже тысячи лет. И ты правильно сказал, если бы существовала хоть отдалённая возможность с точки зрения генетики, это определённо случилось бы.
Мэнни приподнял брови.
— То есть, в этом мире другие люди?
Ярли кивнула, но этот жест означал скорее «может быть» нежели определённое «да».
— Это один из вариантов, — сказала она.
— А какие ещё есть варианты? — наклонившись ближе к ней через стол, он оперся руками на полированное дерево. — Чего ты не договариваешь, мисс Ярли?
Она улыбнулась, склонив голову набок.
— Ну, — протянула она. — Мири может быть другой. Сама Мири, имею в виду.
Мэнни нахмурился.
— Мири может быть другой? Не её мать или отец?
Ярли сделала очередной грациозный жест, пожимая плечами.
— С видящими все сложно. Один из её родителей мог быть другим. Или же дело может быть в самой Мири.
Мэнни нахмурился, пытаясь понять.
По правде говоря, он не мог уразуметь это даже в абстрактном смысле.
Он все ещё с трудом осознавал, что отец Мириам был биологическим братом Счастливчика. Он не представлял себе, каким должен быть её отец. В качестве ориентира он мог опираться только на Счастливчика и на Мириам, конечно, но в меньшей степени.
Отбросив эти мысли, он попытался ещё раз.
— Ты хочешь сказать, что на вашей версии Земли других не было? Таких других, какой может оказаться Мири?
Нахмурившись и явно задумавшись над его словами, Ярли тихонько фыркнула и щёлкнула языком. Все ещё улыбаясь, она допила пиво, поставила зелёную бутылку на деревянный столик для пикника и посмотрела на Мэнни.
— О, других там явно хватало. Кузен твоего босса был другим. Как и его жена, — все ещё размышляя, она покачала головой. — Все сложно, Мануэль, — произнесла она вновь виноватым тоном. — Я не хочу показаться загадочной. Правда, не хочу. И я не говорю снисходительно. Просто это сложно объяснить.
— Ты можешь попытаться? — спросил он, всматриваясь в её лицо. — С конструкцией у тебя получилось очень хорошо. Можешь и с этим попробовать?
Тихонько щёлкнув языком, она на минутку задумалась, затем выдохнула.
— Ладно, — сказала она, кивая. — Думаю, самое простое объяснение — это сказать тебе, что на Старой Земле верили в существование трёх рас… не только людей и видящих. Была и третья раса.
Помедлив и посмотрев на него поверх розовых солнцезащитных очков, она дождалась его кивка и продолжила.
— Мы, видящие, называли третью расу Элерианцами, — объяснила она. — Но у них были и другие названия. Посредники. Светящиеся глаза. Манипуляторы. Некоторые даже приравнивали их к тому, что люди называют ангелами или ангельскими созданиями.
Мэнни во второй раз вскинул брови, но перебивать не стал.
— Эта раса нарушала все правила в отношении генетики, — добавила Ярли. — Их биология была странной. Способной мутировать такими способами, которые очень сложно объяснить. Они могли обладать чертами обеих рас… и необязательно в одинаковой комбинации. Они даже могли переключаться с одной расы на другую.
Она посмотрела на него поверх розовых краёв солнцезащитных очков.
— …Биологически, имею в виду. Их органы могли буквально изменяться. Я знала один случай, когда весь процесс взросления видящего изменился, даже пошёл вспять. Он и в других отношениях изменился физически. Конечно, его свет перетерпел поистине колоссальные изменения.
Помедлив, она присмотрелась к его глазам, затем добавила:
— Они обладали чертами, не свойственными любым другим видящим, Мануэль. Даже различными супер-способностями. Они творили вещи, просто неподвластные другим видящим.
Мэнни нахмурил лоб, размышляя над этим.
— Они реальны? Эти Элерианцы? — он улыбнулся, но его губы оставались напряжёнными. — Надеюсь, ты не обидишься, но они напоминают вымышленных героев.
Ярли кивнула, поджимая губы.
— Я понимаю, — мрачно сказала она. — Но они были реальны. Я работала на двоих из них.
В ответ на его удивлённый взгляд она улыбнулась.
— Честно, пока я не увидела это собственными глазами, я тоже считала их мифическими созданиями. Серьёзно, я считала, что все они вымерли. Ну, знаешь, когда настоящая история со временем превращается в своеобразную мифологию? Но я своими глазами видела эти вещи. Два Элерианца, на которых я работала, были телекинетиками. Один был кузеном Блэка, и он был просто ужасающим телекинетиком. Он мог творить такие вещи своим светом…
Щёлкнув себе под нос, она покачала головой, глядя куда-то вдаль.
— …Я никогда ничего подобного не видела. Никто из нас такого не видел. В том мире он имел скандальную известность. Люди панически боялись его.
Она посмотрела на Мэнни и вздохнула, сложив руки на столе.
— Предположительно, у его жены было ещё больше силы, чем у него. Её особо тщательно охраняли, так что об этом я слышала уже от третьих лиц… хотя я знаю, что она и её муж — единственная причина, по которой все мы выбрались из того мира живыми. Самые религиозные из наших людей почитали её почти как божество.
Задумавшись над этим, Мэнни кивнул, нахмурившись.
— То есть, ты думаешь, что Мири может быть одной из них? — спросил он. — Эллери-как-то-там?
Ярли издала смешок. Все ещё глядя на него, она сделала широкий раздражённый жест рукой.
— Я не имею ни малейшего понятия, — сказала она. — Но её происхождение имеет значение. Не только для неё, но и для обеих наших рас. Если здесь действительно живут другие люди… а твой босс, похоже, так и думает… тогда мы очень скоро получим третью расу гибридов, если два наши вида здесь действительно смогут иметь потомство. Особенно если учитывать недавний приток видящих в этот мир.
Испустив вздох, она снова раздражённо пожала плечами.
— Если сама Мири другая, что ж, тогда это объясняет, почему её дядя так помешался на ней. Он ведь ратует за расовую чистоту, разве нет? Это с самого начала озадачивало меня. Почему он так непреклонно хочет видеть своей правой рукой племянницу, которая даже не является чистокровной видящей?
Мэнни нахмурился.
Эта мысль никогда не приходила ему в голову.
Теперь он гадал, почему никогда об этом не думал. Блэк определённо должен был осознавать это.
— Дерьмо, — пробормотал он.
— Вот именно, — согласилась Ярли. — Есть какая-то причина. Обязана быть. Один из вариантов — Чарльз считает, что Мириам происходит от третьей расы. Если он считает, что она рождена от человека и видящего, потому что Элерианцы способны на такое… ну или мифы говорят, что они на такое способны, а Чарльз верит в мифы… он определённо захочет держать её рядом с собой. Он, скорее всего, считает её присутствие своеобразным знаком. Может, даже божественным предписанием.
Она бросила на Мэнни мрачный взгляд, перекатывая в руках пустую пивную бутылку.
— На Старой Земле члены третьей расы считались в высшей степени развитыми, — объяснила она. — Своего рода супер-видящие, как я и говорила. Такие сторонники расового превосходства, как Чарльз, были помешаны на них. Когда дело касалось их происхождения, они считали их чистейшими из чистых. Своего рода главенствующей расой.