- Вы только посмотрите на неё! Вы хотите сказать, что мой муж, уже почти бывший муж, и дочь мне врут? - Её глаза красные, веки распухли от слёз, голос почти пропал от крика. Измена точно была, уход мужа был, а в остальном... она просто несчастная женщина, которую брсил муж ради какой-то учительницы, не меня. Таких, как она, сотни, тысячи. Да сейчас ей очень больно, словно она ходит по раскалённым углям голыми ступнями. Но пройдёт время, боль и чувство несправедливости утихнут, утупая место смирению и принятию. И это всё одно большое недоразумение.
- Нет, клеветать на ребёнка и мужчину я не могу, но и я не вру вам. Катя, это я тебя ударила? - Спрашиваю я у девочки, смотря в её испуганные глазки. Но сама всё прекрасно понимаю, она лишь пешка в чьей-то жестокой игре.
- Не смей разговаривать с моим ребёнком! Я найду на вас упарву! А вы так и будете молчать, Вера Анатольевна? Ну, ничего. Я все инстанции со всевозможными проверками на вас натравлю. А что касается вас, учительница, ждите повестку в суд. Катюш, пойдём, счастливо оставаться! - Оставив горечь неприятного послевкусия на языке, женщина покинула кабинет, прихватив дочь за руку.
- Таисия, если это правда, скажи мне. Я постараюсь смягчить твою участь и уволить тебя по собственному желанию. Пока не поздно. - Говорит Вера. Она не знает кому верить.
- Я не буду сознаваться в том, чего не делала. Я Катю и пальцем не трогала. А мужа её вообще не знаю. Это какое-то недоразумение.
- Хорошо. Я верю тебе. Но закрыть глаза на инцидент тоже не могу. Я временно отстраняю тебя от работы, пока всё не утихнет. Советую у Влада Александровича попросить помощи с адвокатом. Вы, вроде, хорошо ладите. Если Татьяна Вячеславовна дойдёт до суда, хороший юрист тебе понадобится.
И тут все встало на свои места. Пазл сложился. Влад. Марина.
Месть и одержимость делают с человеком страшные вещи. Они готовы на всё, чтобы добиться желаемой цели. Только вот это действует, как яд, который поражает всё живое и светлое в человеке. Остаётся лишь жажда дозы, они хотят упиваться триумфом.
Знаете, вера в людей, вера в то, что хороших и добрых людей в разы больше, чем лжецов и подлецов меркла в моих глазах. Меня словно окатили ведром ледяной правды, розовые очки разбились стёклами внутрь. Чего именно добивалась Марина? Что меня уволят, и я больше не буду мозолить ей глаза своим присутствием? Только она не учла одну вещь, если я уйду, то Влад тоже в школе больше не появится. Или, что Влад уйдёт от меня, узнав, что я бью детей? Или просто банальное желание отомстить, лишив меня любимой работы? На войне все средства хороши? Или она включила режим охотницы и это лишь первый шаг?
Я бы могла бить себя в грудь и говорить, что справлюсь со всем сама. Но сейчас очень хотелось быть слабой и беззащитной. Упасть в объятия его крыльев и сидеть в щите из чёрных перьев всю жизнь. Но это означало сдаться Марине без боя. Нажаловаться своему крутому парню, чтобы он всё разрулил. Легко. Но я так не хочу. Я не буду опускаться до уровня этой змеи и действовать её грязными методами, но правила игры я принимаю. Влада ей не видать.
Обидно? Да. Слёзы душили, будто на шее висели стальные оковы. Больно? Немного. Эта работа - моя отдушина. Я не могла её потерять.Чего не скажешь о моей сопернице.
Вопрос в голове, который витал без ответа, стал очевидным. Имя. Не было названо имя учительницы, с которой изменил Татьяне её муж. Снова она. Как чума, куда не глянь, везде последствия от её беспощадности. С ней мужчина изменил жене, ушёл из семьи, а она продолжает бороться за Ясного. Вот это Санта Барбара! В тот день, когда мы с Владом выманивали людей Лиса, меня не было на работе. Кто-то подменял меня. Кто вёл уроки вместо меня? Не Марина ли? Тогда она и вела мой класс, в котором учится Катя. Всё сходится. Он принял именно Марину за учительницу своей дочери.
Глава 29
- Фил, как мужик, скажи, что Ясный нашёл в этой Маринке? - Мы дошли до той кондиции, когда начались душевные разговоры по душам.
- А он и не искал. - Икнув, ответил Фил. - Она сама к нему в руки шла. Удобно подвернулась. Ну, и она... - Он стал руками в воздухе обрисовывать силуэт фигуристой женщины.
- Вот вы...! - Козлы, гады, только одно на уме, но я лишь шумно выдохнула своё мнение, глотнув очердную порцию терпкости из бокала на изящной ножке. - Эх...
- Тай, теперь ты скажи мне, твоя подруга, та блондинка с тощим дохляком... она... - То ли язык Фила окончательно превратился в вату, то ли он... смущён?
- Понравилась? - Мои брови взлетели вверх, вторя движению губ. - Тощий дохляк - это Ваня, её парень. Она не свободна, Егорушка. - Пришлось сочувственно похлопать его по руке.