В других ящиках не было ничего примечательного, пока я не добралась до самого нижнего. В нём, со множеством мелких острых осколков, лежала небольшая фотография в деревянной рамке. На ней был запечатлён какой-то очень счастливый момент. Маленький улыбающийся мальчик, в чертах лица которого я сразу узнала Влада. Его улыбка не изменилась, всё такая же по-мальчишески озорная. Кажется, они отмечают его день рождения. Здесь торт со взбитыми сливками и свечами. С ним на фото были его родители. Папа и мама. Значит, у Влада есть семья. Мама - очаровательная блондинка с нежным и чистым взглядом. А папа - темноволосый мужчина, с очень выразительным лицом. Теперь понятно, в кого пошёл внешностью Владик. Здесь на фотографии ему лет 10. Все трое прижимаются друг к другу щеками. Значит этой фотографии уже около 23 лет? Моя ровесница, получается. Но почему он её разбил и не поменял фоторамку? Или почему вовсе не избавился от неё? Не надо быть психологом, чтобы понять, что у Ясного есть какой-то повод ненавидеть свою семью. Но какой? Они выглядят очень счастливо на этом снимке. Интересно, они знают, чем он занимается? Одобряют его способ заработка денег? Вытащив снимок из рамки, я перевернула его и на обороте увидела подпись, выведенную красивым размашистым почерком:
"В день рождения Володи.
31.10.1990 г.
Ему исполнилось 10 лет".
Ничего не понимаю. Какой Володя? На фото мальчик уж очень смахивал на Влада. Или у него есть брат? Всё может быть, ведь я о нём толком ничего и не знаю. Нет, это не может быть брат. И по дате всё сходится. Получается, он мне врал? Всем врал? А Фил в курсе? А Хакер? Да, кто же он, блин, такой? Бросив фотографию обратно в ящик, я выбежала из его кабинета. Залпом выпитый, стакан ледяной воды не помог мне привести себя в чувства. Влад всё ещё крепко спал. Или Володя? Моя голова сейчас просто лопнет! Позвонить Филу? Тогда он поймёт, что я копалась в кабинете Влада. А если он сам не знает? Я не могу поставить под сомнение их дружбу. Чёрт, чёрт, чёрт! Я буду ждать, когда он проснётся. Я должна узнать правду.
- Таисия, проснись! Слышишь меня? Таисия. - Кто-то тихонько толкнул меня в плечо.
Распахнув глаза, я заметила, что в комнате стало намного темнее, чем когда я садилась в кресло рядом с диваном, на котором спал Влад. Я хотела быть с ним рядом, на случай, если он снова будет бредить во сне. Но сама того не заметив, тоже провалилась с сон. Передо мной сидел Влад, уперевшись локтями в бёдра.
- Влад? Который час? - Я осмотрелась по сторонам, увидев черноту ночи за окном.
- Половина двенадцатого ночи. Что ты здесь делаешь? - Его голос был тяжелее свинца, а глаза мрачнее темноты за окном.
- Ты уснул, и я видимо тоже. Не хотела тебя будить... - Я не понимала его интонацию. Снова жар? - Как ты себя чувствуешь? - Моя рука потянулась к его лбу, но он увернулся и не дал мне себя коснуться.
- Что ты делаешь в моей квартире? Ещё и в моей футболке! Ты рылась в моих вещах? - Ясный соскочил с дивана и смотрел на меня сверху вниз. Между его бровей образовалась глубокая морщинка.
- В смысле "что я здесь делаю"? Ты сам просил меня остаться. Я просто решила переодеться из рабочей одежды. Извини, что я без спроса взяла твою футболку. Почему ты так со мной разговариваешь? - Спросила я, тоже поднявшись с кресла. Ноги коснулись холодного пола, но мне было всё равно.
- Я просил? Не помню такого! Ты что-то искала? Говори! - Он заводился ещё сильнее. Я поняла это по вздувшейся венке на шее.
- Что искала? Я не понимаю... у тебя был жар, я напоила тебя чаем, ты просил меня остаться, и я осталась. Лучше бы я этого не делала! Повелась на твои слова. Господи, какая же я наивная! - Я быстрым шагом направилась в его спальню, чтобы переодеться в свою одежду. Но он шёл за мной.
- Таисия, скажи правду! Я не мог просить тебя остаться! - Его голос больше походил на рёв льва или тигра, нежели на голос обычного человека.
- Ты - нет. А твоё больное от температуры подсознание - ещё как да! Я отменила свидание, чтобы остаться с тобой! Какую правду ты хочешь услышать? Что я шпионка и работаю на Лиса? - Я переодевалась на ходу, не обращая внимания на то, что стояла перед ним почти обнажённая. К горлу подступал ком чего-то чёртовски неприятного.