Но как только дело касается более чем одного противника, всё становится сложнее. Можно увеличить зону действия жара, в этом не было ничего затруднительного, огонь словно бы сам стремился к подобному. Вот только для этого нужен мощный источник энергии извне. А если у тебя нет ничего кроме своих собственных сил, то тепла едва хватит даже на воспламенение свечи.
Их было трое. У близстоящего Линсель выхватила короткую дубинку из-за пояса. Лёгкий удар в шею издал неприятный и влажный хруст. Но для долгих размышлений времени не было. Нужно было обезвредить ещё двоих, пока они не пришли в себя. Нужно было действовать.
Почти не целясь, она ударила второго в живот. Он отшатнулся, и не дожидаясь второго удара осел на пол. Разворачиваясь Линсель ударила третьего рукоятью дубины, сжатой в кулаке, прямо в челюсть, выбивая её из сустава. Короткий замах и следующий за ним удар, нацеленный в рёбра.
Похоже, что у тьмы в подземных ходах был ещё один скрытый смысл. Она создавала помеху для перенаправляющих, защищая своих обитателей по крайней мере от прямых атак. Поскольку для них требовалось закрепить точку на цели, в которую должна быть передана энергия, а без прямой видимости это было попросту невозможно. Конечно это не касалось выделения энергии в пространство, но не будь у неё замершего огня, от подобного было бы не слишком много пользы.
Всё закончилось быстро, даже слишком. Линсель совершенно не ожидала, что никто не попытается встать. И уже была готова нанести следующий удар. Однако слепящий свет сделал своё дело, значительно увеличив её шансы. Она смогла спокойно выдохнуть, одновременно с этим осознавая, что на руке было что-то неприятно тёплое и липкое.
Линсель разжала кулак, всё ещё удерживавший каплю, позволяя свету разлиться по коридору. В её руках был топор. Стеклянные пластинки, впрочем, как и сама деревянная рукоять, были покрыты кровью.
Практически отсечённая голова одного из солдат держалась всего на нескольких лоскутах кожи и мышц, не задетых уродливой раной поперёк шеи. Второй замер от боли не способный проронить и звука. Он пытался остановить кровотечение и вываливающиеся из живота внутренности. Линсель резким движением перерубила тому горло, избавляя от мучений. У третьего сквозь рваные края раны торчали осколки рёбер, кровь спешно пропитывала стёганый доспех, он уже был мёртв.
Протерев рукоять топора и пластинки лезвий об ещё чистый край стёганки, она убрала его за пояс. Это хоть и было не слишком привычным для неё оружием, но это однозначно было лучше, чем сражение голыми руками. Вины за совершённые убийства она почти не чувствовала, на её месте они сделали бы тоже самое. Всё что она ощущала, так это малая толика сожаления, но по крайней мере они не мучились слишком уж долго. А сейчас возможно, ещё и помогут ей, если у них вдруг найдётся молния в бутылке или что-то полезное для перенаправляющего. Хотя вряд ли, на волшебников они не были похожи.
Она осмотрела их поясные сумки. Среди них не было ничего полезного, огарок свечи, огниво, какие-то клочки бумаги, с неразличимыми из-за крови надписями. У одного из них было небольшое деревянное колечко, явно женское, с гравировкой в виде лозы, долго его не рассматривая, Линсель просто бросила его в сторону одного из мертвецов. Кольцо несколько раз подпрыгнуло, ударяясь о каменный пол, и укатилось куда-то во тьму, оставляя за собой тонкий кровавый след.
Пальцы Линсель стали липкими и одновременно скользкими от крови. Она попыталась оттереть их о первый же попавшийся на глаза угол чистой ткани, и даже избавилась от какой-то части, но в основном только сильнее размазала её по рукам. Неприятные, холодные ощущения заставили её поёжиться, но останавливаться было нельзя. Нужно идти вперёд, вызвать подкрепление и возможно указать цель для перенаправляющих. Однако сперва, Линсель должна была разобраться с Ганедом.
Узкая лестница пошла вверх, направляясь в цитадель. Она была уже почти на месте. Пустые коридоры центрального здания всей крепости настораживали. Тем более они не были таковыми, когда она проходила здесь в прошлый раз, с монахом Аллосом. Это могла оказаться ловушка, снова. При чём та же самая. Но сейчас всё было иначе. Даже если это действительно западня, Линсель пройдёт её насквозь, как нож сквозь бумагу, разрушая все настроенные против неё планы. И лично заставит ответить интенданта за мучения Олнела, Альзета, излучинцев, многих солдат, имён которых она даже не знала.