Линсель произнесла название города, так словно бы стеснялась этого. Стыдилась тому, что её фамилия стояла во главе практически пятой части Империи.
– А этот мастер, случайно не занимается дуэльными иглами? Мне бы не помешало иметь несколько экземпляров, особенно если их исполнение хоть на малую долю приблизиться к подобному мастерству.
– Я не уверена насчёт игл, но ножи они делают практически для всего города. – задумчиво протянула она.
– В таком случае, можете передать им мой заказ? – спросил Улисс, а ему же даже новые дуэльные иглы не были нужны, впрочем такая мелочь вряд ли ударит по фамильному бюджету. – Я напишу свои пожелания чуть позже, если вы не против.
– Конечно, не переживайте. Не думаю, что с этим возникнут какие-нибудь проблемы. Наоборот они будут рады заказу из самой столицы.
На сцене началось активное действие. Мастер начал возводить Якоря. Актёры усердно изображали его магию размахивая несчётным количеством цветных лент, мягко шуршащих, проносясь в воздухе.
Но Улисс никак не мог заставить себя смотреть за постановкой. Вместо этого он наблюдал за тем, как она отражалась в глубине синих глаз Линсель. Леди Лейлана так внимательно наблюдала за происходящим, словно видела историю Мастера впервые, что конечно не могло быть правдой.
– Вам должно быть очень нравятся сказания о Мастере. – тихо произнёс Улисс в момент после того как был объявлен антракт, скорее заключая факт, чем спрашивая.
– Верно. Хотя другая часть истории мне всё-таки нравиться больше.
– Правда? Неужели вам что-то нравится даже больше заточения Зла?
– Неловко это признавать, но да. Сожжение Вэссила, когда весь город обратился против воли Мастера, всегда действует на меня сильнее.
– Но в этом же нет совершенно ничего постыдного. В конце концов, при заточении Зла, Мастер жертвует собой. – пожал он плечами. Руки мгновенно загудели болью после неосторожного движения. – А в Вэссиле погибают только его противники.
– Да, вы правы, Улисс.
– К слову, Леди Лейлана, не желаете провести в нашем поместье праздник Сбора Урожая? Наша семья устраивает бал. – сказал он, старательно скрывая надежду в голосе.
Лицо Линсель озарилось счастливой улыбкой. Но в следующее же мгновение от неё на лице не осталось и тени.
– Ох, прошу меня простить, Улисс. Я вынуждена быть в Келире. К несчастью мы выезжаем уже с началом зента.
– Что ж, очень жаль. – проговорил он с сожалением. – И как долго вы там пробудете?
– Я вернусь в столицу не раньше Последнего Сбора Урожая.
– Это же целых восемь зентов. Могу ли я рассчитывать на переписку с вами.
– Безусловно, Улисс, буду только рада читать ваши письма.
– Благодарю вас, так я смогу стерпеть ожидание нашей следующей встречи. Примете ли вы мою дуэльную иглу в качестве небольшого подарка на память о нашей встрече?
– Вы уверены, что готовы отдать что-то настолько значимое в первую встречу?
– Только если вы будете писать письма чаще от этого. – Улисс вложил в руку Линсель рукоять расколовшейся дуэльной иглы, принёсшей ему победу в дуэли. Это было равносильно тому, как если бы он в самом начале дуэли заявил, что собирается сражаться за неё.
– Буду писать вам так часто, как только смогу. – Пообещала Леди Лейлана, принимая дуэльную иглу со скромной улыбкой на лице.
После той встречи Улисс ещё долго не мог встретиться с Линсель. Она не вернулась в столицу ни к последнему Сбору Урожая, ни через целый год. Конечно, ему часто приходили письма от неё, а в мыслях возникал её образ с таким внимательным взглядом синих глаз. С живым общением этого было не сравнить.
А следующая их встреча уже состоялась в Келире. Только в тот момент едва напоминала саму себя. Словно то самое стеклянное ожерелье разбитое в груду осколков.
Улисс тяжело вздохнул, закрывая книгу. Он не перелистнул ни единой страницы. От одних печальных мыслей его отвлекли другие. Хотя в последних было гораздо больше тепла.
– Высокородный Лорд Лаймил, в лагере посторонний. Схвачен, утверждает, что знает секрет мятежников и пришёл, чтобы передать его нам.
– Линсель, прошу. Хотя бы, когда никого другого нет, называй меня просто по имени.
– Но как я могу, я же…
– Отставить. – перебил её Улисс. – Мы были знакомы ещё до всего этого. Я знал тебя как высокородную леди и друга. Прошу, не надо всей этой ерунды с титулами. Я уже устал их слышать.
– Хорошо, Улисс.
Уверенная осанка и солдатская выправка. Если бы не всё тот же взгляд, её едва можно было узнать. Словно груду стеклянных осколков в спешке собрали в первую попавшуюся форму. И, по нелепой случайности, это была дуэльная игла. Линсель словно превратилась в совокупность режущих граней и прямых линий.