– Линсель! – радостно воскликнул Улисс. Это не могла быть кто-то иная, только она. Да в грязи и израненная, но она появилась как нельзя вовремя. – Помогите же ей подняться.
– Улисс, нам всем конец, это провал. – тихо произнесла Линсель, стоило только ему приблизиться к ней.
– Приветствуйте героя. Приветствуйте ту, кому Мастер позволил исполнить волю Императора и разрушить мятежный Якорь! – воздух вокруг них разорвался оглушительными радостными криками.
– Что, но я же…
– Тише. Я знаю, они нет. Чуть позже мне расскажешь, что там случилось и почему ты не могла вернуться так долго. А сейчас притворись героем-триумфатором. – тихо прошептал ей Улисс так, чтобы никто другой этого не услышал. – Как в театре. Помнишь, как с сожжением Вэссила, необходимая жертва во имя мира?
Линсель лишь кивнула.
– Продолжать наступление! Не теряйте бдительности, в следующий раз в небе будет уже противник. – отдал приказ Улисс. И взяв хромающую Линсель под руку пошёл глубже в тыл. На разговор в шатре рассчитывать не приходилось, но повозка для этих целей тоже вполне подходила.
***
В руках Линсель была тёплая кружка с травяным чаем. Сколько бы она не грела об неё руки, обнимая её деревянную поверхность, холод никак не хотел отступать.
С каждым шагом вола, запряжённого в повозку, последняя сильно раскачивалась. Земля, перепаханная ногами всех солдат, маршировавших перед скрипучими колёсами, просто не могла быть ровной. Ллойд, словно, не высказывая никакой радости от их воссоединения лежал рядом с ней. Но радостно подёргивавшиеся чешуйки на его спине легко выдавали его настоящие чувства. Даже свернувшись в подобие клубка он занимал почти треть повозки своим чешуйчатым туловищем.
– Можешь подробно рассказать про фильтрацию на холме. И что случилось с капитаном Олнелом. – Выдернул её Улисс из задумчивой идиллии почти домашнего уюта.
– Капитан Олнел мёртв. – казалось бы простая фраза прозвучала упавшим камнем. – Он попытался организовать бунт и самостоятельный побег из лагеря.
– Очень на него похоже. – вздохнул Улисс, так не вовремя прервав Линсель.
– Они убили его. Показательно, желая запугать этим остальных.
– Одним поводом для их смерти больше. – жёстко произнёс Улисс, сжимая кулаки.
Линсель крепче сжала кружку. Ллойд напрягся, словно готовясь защищать хозяйку. Он чуть приподнял голову, начиная издавать тихий шипящий свист. Ей даже пришлось оторвать руку от чая, чтобы успокаивающе погладить взволнованного валлана.
– А откуда тебе это известно? Удалось спасти кого-то ещё?
– Да, но не совсем. – ей почему-то было неловко говорить об этом. Даже сильнее, чем про смерть капитана Олнела. – Альзет, стекольщик. Он был в разведывательном отряде.
– А, капитан-стекольщик! Как же, знаю. Хитрый, находчивый, да ещё и с чувством юмора. Только такой мог бы нанести на себя капитанскую эмблему. – рассмеялся Улисс. – Рад, что он выжил в ту ночь. Так, где он?
– Скорее всего тоже мёртв.
– Мёртв…
– Я даже не успела поговорить с ним. Когда я очнулась он уже ушёл к Якорю. Альзет оставил мне записку. – Линсель отложила в сторону опустевшую кружку и бесцельно похлопала руками по тонкой материи юбки. Записки с ней не было, даже положить её было некуда. Да и покидать Излучину так поспешно в её планы не входило. – Только вот она, наверное, уже сгорела в Излучине. Это такая маленькая деревенька совсем рядом от крепости.
– Так, что с Альзетом, зачем он пошёл к Якорю?
– Когда я вытащила его из крепости волшебников он и так выглядел не слишком хорошо. Но со слов деревенской травницы он был как оживший мертвец. Не дышит, сердце не бьётся. И какой-то менестрель, пришедший в Излучину на Сбор, рассказал Альзету про то, что Якорь его может каким-то образом вылечить.
– Понятно. – протянул Улисс. – А сейчас Якорь упал. Я конечно не собираюсь соотносить возможно не связанные события, но всё же…
– Я тоже никогда до этого не слышала про исцеление, дарованное Якорем. Но масштаб событий слишком не соотносим. Разве может простой умирающий человек разрушить то, что некогда было создано самим Мастером Цепей?
– Действительно, здесь всё не может быть так просто. Это должно быть результат чьих-то преднамеренных и спланированных действий.
– Но вернёмся к более близким проблемам. Почему ты сказал, что падение Якоря – это моих рук дело? И по какой причине подобное является чем-то хорошим? – Ллойд дёрнул лопаточным выступом просыпаясь из полудрёмы от резкой интонации.
– Прости меня за это. Я просто сказал первое, что пришло мне в голову. – Улисс скорбно вздохнул под тяжёлым взглядом Линсель и обхватил голову руками. – Ты отправилась вызволять Олнела без официального назначения, для остальных ты просто пропала на два зента, многие считали, что ты погибла или перешла на сторону мятежников. А мы всё это время сидели не в силах продвинуть наступление. Да ещё и этот Якорь возьми и упади. Если бы я не сказал хоть что-то, половина армии после такого просто дезертировала бы. Вот я и сказал, что Якорь был обрушен из-за приказа Императора одним из наших людей.