Ещё до наступления заката Вэссил был объят пламенем. К рассвету, не осталось ничего кроме пепла, но пламя не гасло. Оно горело ещё двенадцать дней. Пока от Вэссила не осталось ни стен, ни пепла, ни даже земли. Там, где некогда был город, остался лишь выжженный кратер.
– Здесь будет первый якорь. И пусть погибшие, так яро противившиеся заточению Зла, станут первыми защитниками спокойного мира. – Бесцветным голосом произнёс Мастер, обессиленный муками совести за невинных, оставшихся в Вэссилском пламени.
Да, это была та самая часть легенды. Именно её Линсель просила перечитать вслух чаще всего. Став старше каждый раз возвращаясь к циклу о Мастере, этот момент возбуждал чувство глубокого удовлетворения.
Незаметно погрузившись в собственные мысли, она пропустила окончание истории. Точно также она и забыла о поисках Альзета среди остальных зрителей. Актёры все вместе вышли на небольшую сцену, что была наспех возведена на единственной площади в Келире.
- Хорошей вам ночи! – выкрикнул тот, кто играл Мастера Цепей, кланяясь вместе с остальными актёрами.
Зрители недовольно закричали. Они требовали продолжения. Даже несмотря на то, что самой истории они уделяли не слишком много внимания.
- Желаете увидеть последнюю главу в жизни великого Мастера Цепей?! – спросил он толпу.
Они конечно же хотели. И Линсель была с ними солидарна. Бросать историю, не рассказав её финала, пусть и известного, было как минимум не вежливо.
- Тогда приходите завтра! И вы сможете собственными глазами лицезреть как Мастер Цепей жертвует всем волшебством мира, а также собственной жизнью. Ради жизней наших! – в последний раз поклонился актёр и сошёл со сцены.
Недовольство тут же сменилось аплодисментами. Народ ликовал. Возможность продлить празднование на ещё один день. Ещё раз посмотреть на актёров, что воплощают легенду, радовала каждого, кто стоял на небольшой площади.
Глава 3. Почти два года
Прогулка на экипаже была одним из немногих развлечений доступных в Келире. Благо, возвышавшийся Якорь этому весьма способствовал. Иногда Линсель казалось, что на облака, кольцом окружавшие его под самой вершиной, можно было смотреть бесконечно долго.
Ллойд лежал, свернувшись в клубок на её коленях. Тусклая зелёная чешуя поблёскивала причудливыми узорами. Ноги Линсель затекли, Ллойд был не самой крупной породы среди валланов, но и совсем мелким его назвать было нельзя. Крупные достигали длиной своего тела человеческого роста, а то и больше, Ллойд был вполовину меньше. Но настолько больших валланов, как комнатных животных, конечно же не держали.
Клокотание и сопения спящего Ллойда успокаивали. Рука Линсель поглаживала спину валлана. Чешуйки шуршали под пальцами.
Цепи, тянувшиеся к Якорю, выглядели завораживающе. Величественные, нерушимые, недвижимые. Доказательство силы Мастера, сохранившееся с эпохи, когда существовало волшебство.
Таких во всём мире было всего шесть. Почти весь металл, вся магия мира и жизнь самого Мастера – вот цена заточения Зла. Линсель было трудно представить, насколько ужасающим должно быть Зло, чтобы только на его удержание требовалось так много усилий. В самом цикле историй о Мастере ни разу не уточнялось, что представляло из себя Зло. Он был просто не об этом, сосредотачиваясь на фигуре Мастера Цепей. Авторы других циклов, повествующих о временах Мастера порой осмеливались предположить, то как выглядело запечатанное.
Но полностью верить остальным легендам Линсель не могла. Некоторые авторы были ближе к эпохе Мастера, некоторые ещё были живы и продолжали писать, опираясь на увиденное в стенах при Якорях. В одних циклах Зло представляло собой ожившее оружие, нападавшее на своих прежних хозяев, в других – ожившие мертвецы, в оставшихся же вообще изображалось как отдельный народ, лишь отдалённо напоминавший людей.
Келир заметно оброс новыми улицами. Линсель не покидала его уже почти два года. Невозможность посещать столичные балы и приёмы её конечно тяготили. Однако наблюдая за тем, как город расцветал, она ощущала какое-то тёплое чувство удовлетворения глубоко в груди.
Множество печных труб множества новых стекольных мастерских возвышались и испускали густые клубы чёрного дыма. Стены Келира начинались там, где раньше были только поля. Даже та самая речка, в которую упало кольцо оказалась внутри городских стен, в окружении мощёных дорог и новых домов.
– До размахов Лейвоста, конечно, ещё далеко. Но моя ставка сыграла, не так ли? – Холодный в обычное время голос Лорда Лейлана стал почти бархатным. Он даже не пытался скрыть удовольствие от лицезрения изменений, случившихся с Келиром.