Ник едва понимал, где он находится.
Теперь ему стало всё равно.
Но наклонившись к горлу Джема, он всё же остановился.
Он навис над ним и тоже издал стон.
— Сделай это, — прошептал Джем ему на ухо. — Gaos. Сделай это… пожалуйста. Пожалуйста, чёрт возьми.
Ник схватил видящего за запястья, достаточно крепко, чтобы причинить ему боль, но Джем только закрыл глаза, прижимаясь к нему.
— Gaos, пожалуйста… пожалуйста…
— Неужели тебе так уж необходимо меня читать? — прорычал Ник.
— Да, — Джем поднял на него глаза, полные слез. — Да, чёрт возьми.
Но страх одерживал верх.
Страх побеждал в сознании Ника, парализуя его.
— Потому что ты мне не доверяешь, — прорычал Ник с явным обвинением в голосе. — Ты хочешь читать меня, потому что ни хрена мне не доверяешь, Джем. Речь идёт не об интимной близости. Всё дело в том, что ты считаешь меня куском дерьма…
Но Джем оборвал его, и его голос внезапно стал жёстче, почти холодным.
— Нет, — отрезал он. — Нет. Я больше не стану этого делать. Не стану.
Ник напрягся.
Он пристально посмотрел в эти зелёные глаза, на мгновение сосредоточившись на идеальном рте, на губах, сейчас искривлённых в жестокой гримасе.
Джем выглядел не просто сердитым. Он выглядел отстранённым.
Ник услышал в его голосе решительность.
— Я серьёзно, — прорычал Джем. — Я больше не буду этого делать. Я прошу в последний раз. А потом с меня хватит. Я не буду гоняться за тобой, не буду пытаться убедить тебя разделить себя со мной. Я делал это с ней. Я делал это с ним. Я не буду делать этого с тобой.
Ник вздрогнул.
Ярость поднялась в нём с такой силой, что он прикусил губу.
Джем, возможно, даже заметил это, потому что он остановился, глядя в глаза Ника.
Когда он заговорил в следующий раз, его голос стал ещё холоднее.
— Либо ты хочешь меня, либо нет, — прорычал видящий. — Либо ты готов пойти на этот шаг вместе со мной, Ник, либо нет. Так что решай сам. Сейчас, Ник. Или я ухожу. Я вернусь в здание на Калифорния-стрит. Я заставлю их поработать над моим светом… сделать всё возможное, чтобы разлучить нас. А потом я попрошу их перевести меня в Европу… или в Азию. Ты никогда больше меня не увидишь, мать твою.
Ник уставился на него, почти не веря своим ушам.
— Я серьёзно, Ник, — отрезал Джем. — Если я уйду, ты меня больше не увидишь.
— Я найду тебя.
— Не найдёшь, — предупредил Джем. — Я никогда раньше не пытался прятаться от тебя… но поверь мне, ты не найдёшь меня, Ник. Не найдёшь.
Ярость поднялась в груди Ника. Она ударила по нему с такой силой, что он поначалу не позволял себе ответить. Он не позволял себе издать хоть один звук.
Это не просто ярость.
Он чувствовал там страх, даже более сильный, чем ярость.
— Хоть что-нибудь из того, что ты сказал этому куску дерьма, было на самом деле правдой? — спросил Джем, и в его голосе звучало всё то же жёсткое обвинение. — Что-нибудь из этого было настоящим, Ник?
— Мы вместе всего неделю, чёрт возьми… — прорычал Ник.
— Пошёл ты нах*й, — прорычал в ответ Джем, повышая голос. — Это полная и абсолютная чушь. И ты это прекрасно знаешь.
Ник стиснул зубы.
И снова он не позволил себе заговорить.
Джем смотрел на него, не дрогнув, и в его зелёных глазах отражалась боль, но в то же время полная непоколебимость.
Вторая вещь напугала Ника ещё больше.
— Значит, это всё из-за того придурка и его жены, — сказал Ник. — Всё до сих пор сводится к ним. Весь твой гнев на меня, твоё недоверие, а теперь ещё эти дурацкие ультиматумы…
— Нет, — сказал Джем ещё более предупреждающим тоном. — Это не так. И ты это тоже знаешь.
— Чёрта с два я это знаю, — слезы подступили к глазам Ника, на мгновение ослепив его и заставив отвести взгляд. — Ты только что это сказал, мать твою….
— Я сказал, что устал гоняться за людьми, которые меня не хотят, — предупредил Джем. — Я сказал, что устал гоняться за людьми, которые мне не принадлежат, Ник. Мне надоело быть утешительным призом для того, кто на самом деле хочет кого-то другого. Или… в твоём случае… того, кто хочет чего-то другого или, возможно, ещё не знает, чего хочет. Я больше этого не делаю, Ник. Не делаю.