– Саша, ты сдурел? На хрена такой крюк делать? Наша Красногвардейка совсем в другой стороне. А там не наша «земля», чего мы туда попрёмся? Ты что, хочешь нашим коллегам трупак подбросить? Типа, нате вам, пацаны, висяк новый? Это ж западло – своим такую лажу кидать!
Саша с сожалением посмотрел на своего напарника. Так обычно смотрит доктор на пациента, причем, на безнадёжно больного пациента.
– Эх, Гриша, здоровый ты лоб, но, видимо, всё в мышцы ушло. На мозги ничего не осталось. Слушай внематочно, и, если что не поймёшь – просто кивай. Смотри, на нашей земле нас каждая собака знает. И вымутить у местных торгашей мы по дефолту ничего не сможем – уже всё давно поделено. Ну, шаурму у Рашида или, там, пачку сигарет отжать – это нам по плечу. А бабло идет к Шурику-участковому, это его «земля». Мы на подсосе постоянно сидим, никого не крышуем, только вон трупы таскаем. Тебя такая ситуация не напрягает?
Гриша кивнул.
– То есть, напрягает?
Гриша снова кивнул. Саша удовлетворённо улыбнулся.
– Тогда делаем так. Сейчас берём трупак и волочим его на Озёрку. Я понимаю, что это Кировский РОВД, но он вон – рукой подать. А до нашей Красногвардейки его тащить – задолбаемся.
– Ты хочешь у кировских труповозку взять напрокат? – начал догадываться Гриша.
Паша хитро улыбнулся.
– Не совсем. Нет, мой друг, Озёрка ещё ближе. А перед рынком куча всяких магазинчиков нарисовалась. Сейчас раннее утро, они как раз открываются. И в меня есть план. Пошли, по дороге растолкую. Только ты пока понесешь этого… кстати, как его зовут-то?
Гриша достал из внутреннего кармана пиджака документы, открыл, посмотрел.
– Его зовут… звали.. надо же, его звали Виталик. Как нашего эксперта. Сука такая…
Саша посмотрел на Гришу.
– Кто сука? Трупак этот?
– Виталик наш сука. Скинул криминальный труп на нас, а сам умотал на блядки свои.
Паша похлопал снисходительно товарища по плечу.
– Наш Виталик, сам того не зная, пролетел мимо классного источника бабла. Всё, бери трупак, точнее, Виталика, понесли.
…В это утро Рафик был слишком нервным. Снова мясо подорожало, надо было ужимать нормы, менять расценки. И подгонять нормы. Получается, шашлык совсем урезать, а оставить те же цены, типа, порции по 200 грамм. А ведь уже увидят… Нет, спьяну пропустят и даже сто грамм… Хотя, нет, это уже слишком… короче, анам сыгим, снова надо выкручиваться, мясо у цыган закупать…
В это время в дверь его кафешки кто-то постучал.
– Закрыто! Чего стучишь, э? – рявкнул Рафик.
Но в дверь постучали уже сильнее.
– Ээээ, гёт вэран, я тэбе счас стукну!
Рафик подорвался и кинулся к двери. Распахнув дверь, он только хотел было со всей силы заехать ногой в рожу стучавшего мордоворота с наглой мордой, как тот вытащил милицейскую ксиву и ткнул её прямо в глаза Рафику.
– Ну, и что? Ти кто, я тебя не знаю! – Рафик всмотрелся в ксиву. – Ааа, ти не наша земля, ти из Красногвардейки. И что ти тут забыл, да?
Мордоворот закрыл удостоверение и спрятал во внутренний карман пиджака.
– Ты, ара, не борзей, я могу и коллег из Кировки позвать. Ты же им отстёгиваешь, да? Ты это – шашлычка нам организуй, мы потом сочтёмся. Утром не успели пожрать!
– Чтёооо? – Рафик даже взвизгнул от злости и негодования. – Ти иди отсюда, сыч дыр, я тэбе сеэйчас такой шашлик сдэлаю – будэш своему начальству патом доказивать!
Рафик захлопнул дверь и было направился к своему столу, где подсчитывал убытки. Но дверь снова затряслась под мощными ударами.
– Ну, гидждыллах, я тыбе сэйчас угощу шашлык-машлык! – заорал Рафик и схватил свою биту.
Он распахнул дверь, замахнулся, но наглый мордоворот отбежал от двери.
– Тихо-тихо, ара, чего ты завёлся. Я ж по-братски попросил, не в напряг. Ты же с ментами в корешах, разве нет? Вот и мне бы…
– Пошёл ти на хер, мусор, ныкаких карэшей у мыня у ваших нэт, толко ходытэ, доите мыня как дойный карова! – завизжал Рафик. – Ещё раз сунэшься – убю!
Но когда он закрыл дверь и отошёл к своему столу, снова раздался стук в дверь кафе. Рафик моментально выскочил, распахнув дверь и сразу, не раздумывая, изо всех сил стукнул своей битой по голове того, кто стоял рядом с дверью. Хотя тот наглый мордоворот стоял чуть поодаль и… улыбался.
– Ты, гидждыллах, чэго скалышся?! – завизжал Рафик.
Но тут его чуйка моментально подсказала ему, что он, Рафик, явно зарвался. Он ударил мента, который явно «при исполнении» и теперь одним шашлыком уже не отделается.
– Ты правильно понял, ара. Ты ударил оперуполномоченного уголовного розыска. А это наверняка тяжкие телесные. Так что сядешь. А твоё вот это кубло придётся продать, чтобы «греть» тебя на «зоне».