И он оказался так соблазнительно близко, что Марина не выдержала и потёрлась носом о его нос. А ведун совсем чуть-чуть повернул голову и впился в её губы, но поцелуй был короток, так что Марина жалобно застонала, недовольная. Она-то настроилась на долгое и вкусное, а он оказался любопытен не меньше какой-нибудь обыкновенной девчонки. А потом вздохнула.
- Шторм, милый, я спать хочу. Я устала, голодная и всего боюсь, а ты меня всё о чём-то хочешь порасспрашивать.
Он неожиданно поднялся и быстро взял её на руки.
- Между прочим, я тоже не прочь поесть. С этими событиями...
И он быстро пошёл к двери, которую легко открыл, подцепив её ногой.
- Шторм, ты с ума сошёл! - от ужаса пискнула Марина. - Там Буклих! А мы совсем-совсем раздетые...
- Буклих ушёл через час, после того как мы оказались в твоей комнате, - заверил ведун и внёс её в ванную комнату. - Наполни пока ванну, а я принесу поесть.
... Но что бы там ни говорил Шторм, Марина засыпала: пока вставала вместе с ним под душ - в ванну наотрез отказалась, заверив, что немедленно уснёт (а он и согласился бы увидеть это потрясающее зрелище - она, спящая в ванне, но с ним); пока ела; пока отвечала на вопросы, с трудом тараща глаза, чтобы не уснуть. И ведун смирился, хотя глядел на неё с улыбкой, любопытство которой сам отлично чувствовал; хотя так явно хотел поговорить о том мире, который теперь оказался и его личным. Но делать было нечего. Марина вроде и хотела отвечать на его вопросы, но её глаза и правда то и дело непроизвольно закрывались. Вспомнив, сколько ей всего пришлось за сегодняшний день пережить, и поняв, как она сейчас расслабилась, чувствуя его защиту, Шторм смирился и снова взял обиженно занывшую в полусне девушку на руки, чтобы отнести её в самую маленькую, но полюбившуюся ей комнату. Сюда же он добавил ещё немного постельного белья - не на кровати же спят, холодновато на полу. После чего закрыл дверь и нырнул под одеяло, в тепло, к своей юной женщине, которая неизвестно по каким причинам тоже сумела отразить его мир и принять его как свой.
... Марина просыпалась с трудом. Снились высокие и прекрасные здания главного города Веды, и она гуляла по ним, блуждала среди домов, спрашивала встречных, как дойти до той или иной улицы... И в ушах постоянно звучала песня, которая состояла всего из двух слов - "поцелуй вечности". Во сне она дошла до родительского дома Рассветного Шторма. Постояла перед ним, качая головой от восхищения: любопытно, это только семья её мужчины любит такие громадные хоромы или привычка ведунов к просторам повсеместна?
И проснулась.
Утро ещё только занималось - судя по яркому свету, но отсутствию солнца на той стене, где обычно первыми появлялись его лучи.
Шторма рядом нет, но это не страшно: его камзол всё ещё валяется у входной двери. Марина улыбнулась. Вернётся? Или ждёт её в общей комнате апартаментов, готовя, например, завтрак?
Она поднялась, ошарашенно оглядела себя, ойкнула и схватила простыню, обернувшись в неё на манер тоги. Вспомнив, какой бывает после сна, пальцами торопливо пригладила встопорщенные волосы - расчешет потом. Подняла всю одежду, которую нашла, пристроив её на стуле. Пришлось ещё хотя кое-как перетряхнуть смятую постель - слишком уж неряшливо она выглядела. И только после этого вышла из комнатушки. Точней, переступила порог - и замерла.
Почти одновременно с нею в апартаменты ворвались тёмные драко - и сами остановились как вкопанные при виде девушки. Властно раздвигая их в стороны, вперёд прошёл Серый Ветер и тоже остолбенел на месте. За ним появился высокий тёмный драко - кажется, декан Александр, весьма воинственно настроенный. Впрочем, его настроение изменилось мгновенно. Марина, всё ещё расслабленная и даже не перепуганная, а просто удивлённая, прочней кутаясь в простыню, не нашлась, что сказать, кроме обычного:
- Здравствуйте. А вы ко мне?
Шторм плевать хотел на возможную целомудренность не вовремя явившихся к ним гостей - он вышел из ванной комнаты с мокрыми волосами, с полотенцем вокруг бёдер и тут же с претензией спросил у старого ведуна:
- Что вам здесь надо? Это частные апартаменты!
Он был так по-ледяному спокоен, что даже Марина поверила ему.
- Леди Марина сейчас оденется и выйдет с нами! - явно собравшись с мыслями, жёлчно сказал старик, надменно глядя на молодого ведуна.
Тот повёл плечами и медленно, вкрадчивым шагом приблизился к Марине. Та глянула на него. Синие глаза сияли ленивым блеском уверенного в себе зверя. Как бы там ни было, но девушка почувствовала холодок опасности, ощутимо исходящий от него. Когда его рука сжала её ладонь, она вздохнула: сумеет ли он переломить ситуацию?
- Моя женщина... никуда не пойдёт, - медленно, с паузами сказал Шторм.
Тёмные драко одновременно опустили глаза - кое-кто улыбался. Серый Ветер казался совершенно ошеломлённым, и Марина инстинктивно прижалась к своему жениху.
- Мой мужчина, имя которому... - Она немного поколебалась, но выговорила длинное ведунское имя без запинки. - ... тоже никуда не пойдёт.
После недолгого молчания Серый Ветер тихо сказал:
- Что вы наделали...
Шторм посмотрел на него, словно сомневаясь, поймёт ли старый прорицатель то, что сейчас будет высказано, а потом ответил:
- Мы обменялись жизнями. И нас теперь двое.
- Но у вас контракт! Ведуны всегда свято чтят договорные условия.
- Всё произошло с обоюдного согласия, - откликнулась Марина. И улыбнулась старому ведуну: - Думаю, отец Шторма не будет возражать, зная о нашей взаимной симпатии. И... мы готовы в дальнейшем соблюдать условия договора.
Кажется, она выразилась только за себя, поскольку Шторм недовольно покосился на неё и промычал что-то трудноразличимое, но протестующее. Пряча улыбки, студенты из тёмных драко быстро просочились в коридор общежития, а преподаватели бесстрастно переглянулись и тоже повернулись уйти восвояси.
- Мы поговорим потом, - со сдержанной угрозой, остановившись ненадолго на пороге, проговорил Серый Ветер.
Довольная ("Ага! Сбежали!") и обеспокоенная ("Что теперь будет?"), Марина внезапно обнаружила, что её аккуратно и крепко взяли под локти и одним движением, слегка приподняв над полом, развернули лицом к комнате, откуда она только что вышла.
- Не поняла! - удивилась она, пока Шторм, нетерпеливо подталкивая её в спину, заставлял постепенно подходить к двери.
- А чего понимать? - самоуверенно сказал молодой ведун, когда она наконец очутилась в комнате, и бесцеремонно снял полотенце с бёдер. - Нас оставили в покое, и мы можем заняться тем, что нам обоим понравилось. Тем более только что из-за твоего опрометчивого обещания действовать в дальнейшем согласно договору нам придётся встречаться тайком.
- Но это же замечательно! - возразила Марина, изо всех сил вцепившись в простыню, которую с неё нетерпеливо дёргал Шторм. - Мы наконец узнаем друг друга по-настоящему. А ещё это романтично: мы будем встречаться тайком, ты будешь назначать мне свидания и влезать в окно моей комнаты, пока никто не видит... Шторм, прекрати! У нас есть проблемы почище брачного договора!
- Какие? - раздражённо бросил ведун и одним движением снял с неё "тогу", воспользовавшись тем, что девушка зазевалась, обдумывая ответ.
Марина бросилась к окну, прихватив по дороге со стула камзол Шторма. Накинув его на плечи и стянув полы, чтобы разговаривать было удобней, без стеснения-то, она подняла глаза на ведуна. Тот, ухмыляясь, оглядел её и мурлыкнул:
- Смотришься потрясающе!
И сделал такой плывущий шаг, что зачарованной Марине показалось - он идёт по пояс в воде, преодолевая её грузную тяжесть. И вдруг остановился. Лицо из мечтательного стало скептическим:
- Но учти: тот парень, с химфака, за которым ты долго бегала, мне совсем не по нраву. И что ты в нём нашла?
- Шторм, мне перечислить твоих девиц, которые мне не по нраву и за которыми тебе даже бегать не пришлось? - вкрадчиво спросила она. - Или промолчать уж? Не забывай: я помню всех!