Десятая глава
Они оказались на машине, в отличие от драко. Та отстояла чуть в стороне от места, облюбованного тёмными и светлыми драко для своего празднества, почти под деревьями, за которыми пряталась дорога.
Глядя полусонными глазами, перенасыщенная впечатлениями Марина ещё сумела проворчать:
— Ты вообще сбрендил — на машине приехал?
— Что тебе не нравится? — сухо осведомился Шторм, дёрнувшись от её «сбрендил».
— А Буклиху в машине удобно? Ты о его крыльях подумал? — строго спросила Марина, удобно лёжа на руках ведуна и уже с трудом держа глаза открытыми.
— Всё хорошо, леди Марина, — пропищал крылан, улыбаясь. — Я привык.
Шторм хмуро глянул Марине в лицо, и она непроизвольно распахнула глаза, с предвкушением оживившись, когда обнаружила, что его губы совсем близко. Ведун вдруг резко отвёл застывший было на ней взгляд. Ни с того ни с сего заторопился и поспешно усадил обиженную (хотя пока не поняла чем) девушку на переднее сиденье, после чего собственноручно застегнул на ней ремень безопасности.
— Ничего не понимаю, — прошептала Марина, снова то проваливаясь в сон, то тараща глаза на свет фар за пределами машины. Те упёрлись в кусты, создавая странную, абстрактную картинку. — Почему я засыпаю?
— Ты здесь с начала праздника? — спросил ведун, оглядываясь на Буклиха, который устроился на заднем сиденье, сидя чуть боком.
Крылан, который секунды назад незаметно дотронулся до головы Марины, кивнул: всё в порядке. Хотя ему достаточно было взгляда на высокую спинку сиденья, за которой невольно пряталась спящая Марина, чтобы снова начать безудержно улыбаться.
— Ага…
— Праздник идёт уже шесть часов. Ты хоть раз на восток смотрела? Скоро восход.
— Что?.. Вот ничего себе… А ты не врёшь?.. А мне казалось… — Марина зевнула и всё-таки вспомнила, что хотела уже не раз спросить, но всё забывала, плавая в дрёме. — Шторм, а как ты меня нашёл?
— Я маг. Разглядеть на расстоянии, что под одеялом пусто, мне сил хватает, — буркнул тот.
— Жалко, танец Огня не досмотрела, — то засыпая, то снова просыпаясь в полутьме машины, пробормотала Марина.
— Не хочешь ли ты сказать, что в следующую субботу снова собираешься сюда? — вскинулся ведун.
— Нет… Я хочу сказать, что неплохо бы, чтобы в следующую субботу ты меня сам сюда привёз. — Девушка договорила и уснула, привалившись к плечу Шторма, только-только севшего в кресло водителя.
Буклих, поглядывавший на них с заднего сиденья, беззвучно рассмеялся.
— Она полна сюрпризов и по-настоящему интересных идей. Мы, между прочим, за всё время учёбы никогда не были на субботних празднествах драко.
— Я видел, как ты ёжился, глядя на огонь! — бросил Шторм, стараясь не шевельнуться, чтобы не разбудить девушку, прикорнувшую на его плече. — Ты искренен в своём желании сходить сюда специально?
— Найти в течение недели щадящие очки, чтобы выдержать яркий свет огня, или заказать их у наших алхимиков легко, — пожал узкими плечами Буклих. — Тем более здесь, с драко, часто бывают твои соотечественники. Пока мы искали Марину, я заметил троих ведунов с четвёртого курса. И все они были на драйвциклах.
— Невероятно, — надменно бросил Шторм, промолчав, что, возможно, это были ведуны-первокурсники. Хотя Буклих обычно видел отчётливо в темноте.
— Почему? — пискнул крылан. — Они молоды, и у них есть друзья — не такие, как я, с которым трудно гулять там, где обычно гуляют все.
— Не прибедняйся.
— И не думаю. Ты часто пропускаешь мероприятия, куда я не могу ходить. И чаще берёшь меня туда, где я состою при тебе пугалом: Риналия меня терпеть не может. Я тебе благодарен за терпимость ко мне, — насмешливо пропищал Буклих, — но твоя невеста права: надо побывать на праздниках, если есть возможность. Клянусь, я найду очки, регулирующие слишком яркий для меня свет. А Риналию от тебя отпугнёт на этот раз леди Марина. Что-то мне кажется, она сделает обещанное. — И крылан снова оскалился. — Ну — подерётся.
Они посидели молча, глядя на мелькающий из-за деревьев огонь, на пляшущую темноту и слушая весёлые крики, неровный гул и то нарастающее, то убывающее рычание драйвциклов… Шторм решился. Обернулся к другу, который тоже молчал, с интересом прислушиваясь к беспорядочным отсюда звукам.
— Буклих, ты усыпил её. Можешь повторить это так, чтобы очнулась она только поздно утром? У тебя это лучше получается, и вмешательство в личное поле будет не очень грубым.