В моём сознании ярость воевала с неверием.
Больше всего мне хотелось швырнуть в них чем-нибудь.
То, что они сделали это сейчас, учитывая всё остальное происходящее, и из-за какого-то тупого финансового соперничества с моим дядей… или хуже того, из-за какой-то мелочной личной обиды… вызывало у меня желание сломать каждую ломающуюся вещь в их убогой, мафиозной, безвкусной комнате.
Юрий, тот, что постарше, дружелюбно улыбнулся мне.
Когда он увидел, что я смотрю на него, он подозвал меня поближе жестом пухлой, унизанной кольцами руки. Вопреки тому, что в его шестидесяти-с-лишним-летнем возрасте большинство его мышц превратилось в жир, он напомнил мне пожилую версию парня с медальоном.
У него даже были схожие светло-голубые глаза, пусть и более водянистые, и налившиеся кровью.
Алексей, тот, что моложе, проницательно наблюдал за мной.
Он гладко укладывал назад свои тёмные волосы с помощью какого-то средства, отчего его лицо казалось более худым и суровым. Когда я взглянула в его сторону, взгляд его тёмно-карих глаз изучал меня от головы до пят, а губы слегка хмуро поджались.
Он мог бы быть привлекательным, если бы имел другой вкус в одежде… и если бы я не знала, что он — убийца, который торговал молодыми девушками, вывозя их из всей Восточной Европы в Западную Европу, Азию, Северную Америку и на Ближний Восток.
Они оба были дерьмовыми людьми, с моей точки зрения.
— Где Блэк? — спросила я, когда никто из них не заговорил.
Они переглянулись меж собой, не убирая рук со спинки золотистого дивана и не спуская лодыжек, лежавших на их бёдрах.
Алексей первым нарушил их переглядывание. По-прежнему не улыбаясь, он смерил меня взглядом серьёзных карих глаз, и его слова прозвучали по-деловому, отрывисто.
— Идите сюда, миссис Блэк. Садитесь.
Когда я не пошевелилась, он показал в их сторону рукой.
— Садитесь. Пожалуйста. Мы поговорить втроём, да?
Его голос был более низким, чем у Юрия, и определённо не его я слышала через громкоговоритель в той камере. Должно быть, тогда он позволил напарнику взять все разговоры на себя.
Я взглянула на Юрия, затем на Алексея.
Затем, стиснув зубы ещё крепче, я подошла к дивану напротив места, где они сидели, и плюхнулась туда.
Даже пружины в этой чёртовой штуковине ощущались старыми. Диван был не намного удобнее койки, на которой я сидела внизу, в той камере из цементных блоков.
Я положила скованные руки на колени и во второй раз уставилась на них.
— Ну? — спросила я. — Вы хотели поговорить. Вы хотели подождать, пока не увидите меня лицом к лицу. Вот она, я. Лицом к лицу.
Они опять переглянулись.
Затем Юрий, который, похоже, по-прежнему оставался основным переговорщиком среди их двоих, кивнул. Слегка нахмурив одутловатое лицо, он поудобнее устроил свою тушу на золотистой обивке дивана и подался ко мне.
— Да, — сказал он. — Что ж, пожалуй, лучше, если мы показать вам кое-что сначала, миссис Блэк. Мы получили это с некоторыми сложностями, но это подтвердилось правдивым… ни в коем разе не фальсифицированным.
Я нахмурилась, но постаралась держать свой разум пустым.
Я хотела сказать им, что если они собирались показать мне видео, где Блэка расстреливают (или на той горе, или на месте какой-то операции), или сбрасывают с вертолёта, или избивают до смерти… то они могут засунуть его себе в задницу.
Но я этого не сказала.
Вместо этого я сидела идеально неподвижно и ждала, пока Юрий брал маленький чёрный пульт дистанционного управления, который тоже ассоциировался с периодом как минимум несколько десятилетий назад.
Он направил его на дальнюю стену и нажал белую кнопку.
Белый проектор медленно опустился с потолка.
Я наблюдала, как Алексей вытаскивает телефон, который оказался навороченным и определённо самым современным из всего, что я видела здесь в плане технологий. Я смотрела, как он вводит пароль, затем листает какие-то настройки.
Через несколько секунд сверху хлынул свет.
Я подняла взгляд и увидела, что проектор включился.
Я присмотрелась к самому проектору, который выглядел старым, и осознала, что он, должно быть, опустился с потолка одновременно с тем, как Юрий опустил экран, поскольку я не видела его прежде, когда стояла. Я проследила за светом, лившимся из круглых чёрных линз проектора на прямоугольную ткань.
Последовал статический шум…
Затем появился тёмно-зелёный коридор.
Я моргнула.
Коридор был суперсовременным, сделанным из оснащённых органикой металлов. Он должен был располагаться в каком-то первоклассном исследовательском учреждении…