Впрочем, произошло именно то, на что большинство и рассчитывало. Когда имперские солдаты построились на том, что можно было назвать главной площадью города, то есть напротив кабака, стоящего рядом с пристанью, офицер громко зачитал императорский приказ, милостиво дорывавшемуся самим Филиппом V всякому, кто своей кровью пожелает искупить грехи перед народом Империи и Короной. Всё же, Таролокии нужны были все силы, в надвигающейся полномасштабной войне с Тураном. Конечно же, отдельно оговаривалось, что помилование не распространяется на таких отъявленных негодяев как Энрико, по прозвищу Ворон и его жену Мэри, известную под прозвищем ведьма Морриган. Власти Империи больше не намеревались мириться с буйным нравом отца, подобным самому неспокойному морю, то насылающему попутный ветер, а то готовому разнести корабль в щепки. К тому же, флоту явно Корну, удачно расположенный как раз между Таролокией и Тураном.
Я был среди прочих мальчишек, с затаённым дыханием слушавших зачитываемый приказ в порту, но как только дошло до упоминания моих родителей, со всех ног бросился вверх по улице, домой. Не знаю на что я рассчитывал, не понимаю, что я мог бы поменять своими силами, но я чувствовал, что должен что-то сделать. Однако, забежав в дом, я увидел свою мать, сидевшую за столом, неподалёку от очага, одета она была в своё лучшее выходное платье, красное с чёрным, пред ней лежали два её пистолета.
Тогда я не мог понять почему она была так спокойна, но только лишь спустя годы сам усвоил, что если нет другого выхода, то неотвратимую судьбу стоит, хотя бы, встречать с достоинством. Всё же, Мэри-Элизабет Плеинор-Дормут была невероятно мудрой женщиной.
– Мама, мама! Там! – Закричал я, сам не понимаю, что хочу ей сказать.
– Успокойся, я всё знаю. – Даже в такой ситуации её голос не дрогнул, в нём всегда чувствовалась властность и лёд. – Присядь, переведи дух, не подобает так встречать гостей.
– Гостей? – Удивился я.
Тут дверь распахнулась и в дом вошли четверо крепких солдат в кирасах, с мечами, пистолетами и аркебузой наготове.
– Господа? Как неожиданность. Желаете чего-нибудь выпить с дороги? – Спросила мама вошедших холодно, но изображая вежливость, как будто они действительно были нежданными гостями.
– А ну заткну… – Замахнулся было на неё солдат с аркебузой прикладом.
– Отставить! – Раздался крик от входной двери, больше похожий на звериный рык. – Все вон!
В дверном проёме появился человек, напоминающий поседевшего льва. Несмотря на то, что, похоже, он уже разменял шестой десяток, выглядел мужчина крепче многих молодых бойцов. Правильного сложения, крепко сбитый, с длинной густой бородой, уже поседевшей, но в которой всё ещё можно было разглядеть редкие чёрные волосы.
– Прошу прощения, некоторые совершенно не имеют представления о манерах, достоинстве и чести. – Произнёс вошедший, уже куда более спокойным, тихим и низким голосом. – Я бы не отказался от мульсума.
– К сожалению, здесь довольно трудно достать мёд. – Ответила матушка, вставая из-за стола и беря кувшин из буфета. – Могу предложить вина с родниковой водой, господин Дориа.
Только сейчас я понял, что предо мной был, без преувеличения, легендарный адмирал Чезаре Дориа, настоящий герой Империи, одного имя которого наводило ужас на туранских пиратов. При этом, даже его враги, распространявшие самые грязные слухи о Дориа, не могли упрекнуть его в жестокости или трусости. Он действительно совершенно искренне и преданно служил Империи и её народу, как он сам всегда это подчёркивал. До сих пор Дория является примером доблести для любого, кто называет себя офицером имперского флота.
– Благодарю, леди Пелинор. – Произнёс герой, присаживаясь за стол. Услышав подобное обращение, матушка метнула в его сторону взгляд, будто пытающийся пронзить его ледяными иглами.
– Прошу, Ваше вино. – Поставила она глиняный кубок перед Чезаре, голос её был столь же холодным.
– Благодарю, Вы столь любезны. – Ответил адмирал, будто, не замечая направленного на него взгляда, от которого, обычно, становилось не по себе и последним головорезам. – Увы, не удалось застать Вашего супруга дома.
– Не волнуйтесь, Вы ещё с ним встретитесь. – Ответила Мэри.
– Да, но увы, не так, как мне хотелось бы. – В голосе знаменитого адмирала чувствовалась неподдельное сожаление о том, что всё сложилось именно так. – Я множество раз писал Энрико, что человек его талантов, мог бы добиться многого, предпочти он ходить под флагом Империи.