Однако, сейчас меня интересовал только один определённый тип обитателей порта. Точнее, не то, чтобы таких людей можно было бы повстречать только лишь около пристани, но в Нюциттии, где именно портовый район являлся сердцем и душой города, их стоило искать именно здесь. Элия говорила, что «лишних» детей продают турнацам или оскурам, но, всё же, явно не всегда родители готовы так рисковать, особенно сейчас, когда Империя находится в шаге от войны с Султанатом. К тому же, даже мне, до сего момента бывавшему в Нюциттии редко и недолго, попадались на глаза беспризорники, клянчащие мелочь или просто шатающиеся по городу.
Да, приходя в порт, любой ребёнок рисковал попасть в рабство, а тех, кто лишился крова и родительской опеки, это касалось в первую очередь. Но, всё же, место, где была сосредоточена вся жизнь города, не могло не притягивать их, как мотыльков, летящих на огонь. Вот и сейчас, мне попадались маленькие щуплые фигуры, всегда во рваной одежде, иногда, как и я, босые, в других же случаях, на ногах они носили только намотанные куски ткани. Какие-то из них пытались предложить свои услуги в качестве посыльных, носильщиков или проводников, другие продавали что-то с рук, притом, судя по всему, вряд ли добытое честным путём, а третьи просто шатались без дела, точнее, пытались делать вид, что шатаются без дела, но их собранные взгляды, внимательно изучающие прохожих, явно выдавали их намерения.
Я же, в свою очередь, старался наблюдать за ними, не сильно выдавая себя и держась в отдалении. После нескольких часов я заметил, что некоторые из мальчишек иногда отлучались чтобы встретиться с парнями постарше, который периодически появлялись на пристани, получив что-то или просто выслушав сообщение, они снова удалялись. Таких я решил избегать в первую очередь, решив сосредоточиться на тех, кто, казалось, был предоставлен только себе.
– Господин, любое поручение! – Услышал я звонкий, бодрый голос позади себя. – Одна нога уже там, вторая тоже там, а потом здесь. Престо не подведёт Вас, доставлю всё что надо! Передам всё что захотите! Не успеете чихнуть, а я буду уже там. Бегаю туда-сюда. Здесь-там весь день. Только скажите, чего Вам надо. Не молчите, говорите. Ведь если не скажите, то простою здесь до дня святого Гарония.
Весь этот поток слов мальчишка выпалил как из пушки. Многие жалуются на то, что южан сложно понять из-за того, что те слишком быстро и много говорят, так вот этот малец превосходил любого из них. Невысокий, смуглый темноволосый, как и большинство нюциттийцев, в простой драной рубахе, больших, не по размеру, штанах и, что удивительно пусть и потрёпанных, но сандалиях. Казалось, что сейчас под ним не серый камни мостовой, а раскалённые угли, потому что он с трудом мог устоять на месте, как будто выплясывая какой-то причудливый танец.
Впрочем, в первую очередь, взаимопониманию мальчика и его собеседника, в первую очередь, мешала не излишняя торопливость первого, а простое незнание языка. Большинство купцов, худо-бедно могли изъясняться по-таролокийски, однако, бывали и исключения, как, например, сейчас. Конечно же, мальчишка-посыльный, в свою очередь, не понимал умбрийского, на котором разговаривал иноземец, явно намеревавшийся поискать кого-то другого, кто готов выполнить его поручение.
– Господин желает, чтобы его послание было доставлено купцу Монтеальба, что живёт на улице святого Луция. – Перевёл я услышанное ранее. – Это всё Ваше поручение, господин? – Спросил я иноземца уже по-умбрийски, тот продолжил объяснять, а я пересказывал всё посыльному. – Ответ должен быть доставлен в корчму Гусыня и Щит, где господин изволит обедать, за расторопность будет доплата.
Получив записку и медную монету, в качестве задатка, мальчишка рванул со всех ног, бегал он действительно быстро. Я же остался ждать на пристани. Солнце уже входило в зенит, когда вернулся мой новый знакомец, хотя, надо признать, заняло это у него действительно немного времени, особенно, если учесть размеры города.
– О, это ты! – Заприметил он меня ещё издалека. – Спасибо что помог. И чего это им вздумалось по-своему разговаривать? Чего по-человечьи то не умеют? А тебя как, вообще, звать? Ты только умборский знаешь или ещё какие наречия? Меня, кстати, Престо звать, потому что я самый скорый тут. Надо чего предать или доставить, так это к Престо, а не к этим, которые на каморру или Манчини. – Престо снова тараторил без остановки.